Сказки немого телевизора

Валерий Мирошников


У каждого марксизма есть свои предпосылки, у каждой бани – свой предбанник, а у каждой сказки - своя присказка.

Вот и я деньжат накопил - жене телевизор купил. Как водится - в рассрочку: деньги – на бочку, аппарат - по кусочкам: сегодня – видео, через год – стерео, и нажил через то проблем - немеряно. Познер на экране рот открывает, я с потолка текст сочиняю, а жена сковородкой громкость прибавляет…

- Это ты про меня, что ли? Вот так ославить решил на весь Татарстан?

- Это и ты, и не ты. Это фольклорный образ.

…А те сказочки, что у нас получились – и вы послушайте.

Сказка 1-я.
О царе Мегатроне, демографическом кризисе и нашествии зомби

 
Велик был царь Мегатрон, могуч… и несчастен.
 

- Вот потому и перевелись сказочники на свете, что все сказки у вас про царей да про генералов. Суёте нос в политику – там его и прищемят.

- Сказочники не перевелись, они на анекдоты переключились. А без царя сказки… как хлеб без закваски.

Царство мегатроново необъятно, охрана его - неисчислима, как волны в море, советники умными глазами в рот заглядывают, министры галстуки солидно поправляют…

- А почему он несчастный-то был?
- Жена у него умерла двенадцать лет назад.
- И он с тех пор не женился?
- Нет.


…и налоги в казну поступают, и оппозиция только конструктивная, и союзники побаиваются, и враги уважают, а счастья нет, потому что нет любви.

- И что он так никого и не полюбил?
- Дочку любил без памяти.


Только дочка была для царя отдушиной среди мирских дел. Даже на заседании совета министров, бывало, задумается царь, размечтается, как пойдут они в выходные с дочкой в бассейн купаться или в лес дворцовый по грибы и будут болтать о сказках, которые царевна читала, или об истории, которой увлекался отец. Премьер-министр видит, что царь задумался и делает знак докладчику помолчать. А как очнётся царь – продолжают, как ни в чём ни бывало.

Премьер-министр был у царя единственным другом – они и росли вместе, и в Африку вместе сбежали в десять лет, и там же исполняли интернациональный долг ещё при прежнем царе. Только другу своему мог царь доверить думы тайные, невесёлые.

- Посмотри, Андрей, на портреты моих предков. Прадедушка мой – царь Электрон – получил такое прозвание за то, что произвёл электрификацию всей страны. И вот-вот, казалось тогда, наступит благоденствие народа - а не наступило, не стали люди счастливей, добрей, милосердней. Дедушка – царь Циклотрон – развивал науку, при нём создали ядерную бомбу и цветной телевизор, но жить от этого стало только страшней, и люди потянулись к иллюзиям. Батюшка мой – хоть я его и люблю, но не зря его прозвали Лохотроном - использовал эту тягу к иллюзиям, чтобы в период стагнации поддержать государственный бюджет не совсем этичными методами. Он сохранил государство - и спасибо ему за это - но так и не нашёл пути к истине, к согласию, к счастью. И вот я – великий царь, и, действительно, нет мне равных - а не знаю, куда вести народ мой, в чём его будущее, его предназначение.

- Может, у народа и спросить? – отвечал друг. – Да вот беда, у народа сколько голов – столько мнений. И какое из них правильное? Да и есть ли одно правильное, что подойдёт всем?

Царь обнял друга:

- Хорошо, что ты есть у меня, Андрей. Ты один меня понимаешь.

- Не дрейфь, Василий, прорвёмся. Помнишь, как тогда под Каиром…

- А что наши войска делали под Каиром?
- Да мне-то откуда знать? Это ж военная тайна!
 

Знали советники да академики, что у царя думы смутные, и берегли его от негативной информации. Но как генералы не караулили, как епископы не благословляли, а просочился к царю гость из другого мира - из простого, то есть, народа. Прямо посреди парка закрытого, заповедного стоит себе под ёлочкой бабушка в платочке, словно грибок выросла. Стоит – и на царя смотрит.

- Как ты, бабка, сюда попала? – хватают её под руки особисты. – А ну, пройдёмте, гражданка!

- Я к царю! – упирается бабка. – Если не я, то кто ему ещё правду скажет?

- Правду? – заинтересовался царь. – Какую правду?


- Да какая может быть правда у старой бабки? – встали перед ним стеной консультанты да референты. – Пенсия ей мала кажется, а плата за квартиру велика.

- Нет, я послушаю, - настаивал царь Мегатрон. – Отпустите старушку. О чём ты, бабушка, мне сказать хотела?

Говорит ему бабка:

- Вот ты царь Мегатрон, а дети твои будут минитронами, а внуки и вовсе микротронами.

- Это почему?

- А потому что править им будет некем. Население в царстве твоём убывает, а вместе с тем и авторитет падает на международной арене.

Царь выхватил из толпы придворных министра благополучной статистики:

- Ты в курсе?

Министр закивал лихорадочно.

- А я почему не в курсе? – и снова царь к бабке повернулся. - А что ж оно убывает, бабушка, население- то? Войны вроде нет, да и засухи, голода не наблюдается.

- Старики умирают, - глаза бабушки дерзко блеснули, - а дети новые не появляются на свет.

- Женщины наши обленились, что ли?
 

- Ишь ты – обленились. А ты его поноси девять месяцев, а ты ночами не поспи, пока маленький. А ведь ещё вырастить, выкормить, выучить надо. Это такой хомут на шею!

- Хомут - он и раньше хомутом был, а женщины рожали. Почему?
- Женщины бы рожали, да мужчины-то хотят ли детей?

- Иные обленились, а иные и не могут родить.

Мегатрон обернулся к министру здравоохранения и благоустройства кладбищ:

- Это правда?

- Ваше величество, - поморщился министр, - вам ли заниматься каждой бабой – может она родить или не может.

- Одной бабой, может, и не мне заниматься, а если население убывает в год по миллиону – это уже стратегическая угроза. Отвечай живо!

- По статистике 20% супружеских пар – бесплодны. У остальных в среднем по одному ребёнку, редко по два.

- Да современные дети и слов таких не знают - "брат", "сестра". Но как же так? У кошек нет бесплодия, у коров нет бесплодия, а у женщин – у каждой пятой?

- Американцы подсчитали: если у женщины было больше семи половых партнёров – она зачать не способна. Может, инфекция, а, может быть, мужчина оставляет в женщине какой-то след, чтоб другим не досталась.

- А если у мужчины было больше семи женщин?
- Не знаю.


Так Мегатрон посмотрел на министров, что они за ёлки попрятались:

- Чтобы завтра поутру представили мне план по выходу из демографического кризиса. А тебе, бабушка, спасибо за ценную информацию. Как мне тебя найти при надобности?

- Зовут меня бабка Люба, - улыбнулась старушка. – Выходи, царь, на любу улицу и спроси любу бабку – это как раз я и буду.

Тут она махнула платочком и из глаз пропала.
Генералы да министры и рты раскрыли:
- Чертовщина какая-то!

- Чертовщина – то, что вы от меня положение дел в державе скрывали! – рассердился царь. – И помните – завтра поутру!

 Когда министры да депутаты разошлись, царь спросил у премьера:
- А мы-то, Андрей, как с тобой это всё просмотрели?

- Честно скажу, вроде все факты перед глазами, а связать и осознать как стратегическую угрозу я не смог в текучке из всех этих саммитов, процентных ставок, аппаратных интриг. Даже казалось, что, раз демографические проблемы есть у всех развитых стран, то, вроде как, и мы вошли в клуб избранных. А бабушка так просто всё разложила, словно глаза раскрылись.

- Думаешь, предложат завтра наши умники что-то путнее?
- Думаю - самим думать придётся.
- А ещё бабушку спросим.
 

Зашёл царь на ночь дочку поцеловать – хоть и семнадцать лет уже девушке, но сложившуюся традицию обоим прерывать не хотелось.

- Ты сегодня такой озабоченный, я тебя таким не видела со времён дефолта.

Рассказал ей царь о сегодняшних событиях. Девушка посерьёзнела.

- Мне кажется, дети не рождаются оттого, что женщинам не хватает любви.

Царь рассмеялся. Он знал, что царевна потихоньку заглядывается на его друга, но относился к этому, как к детской влюблённости.

- В твоём возрасте все беды мира кажутся от недостатка любви. А есть ещё такие вещи, как экономика, политика, культура... Спи. Утро вечера мудренее.

 
Наутро один за одним стали министры решения предлагать.
Вышел министр по налогам и реквизициям и говорит:

- Давайте новый налог введём – натурой: чтобы женщины детей рожали и сдавали государству.

- Ага, - съязвил царь. - А пелёнки им я менять буду? Или ты? В том-то, граждане управленцы, и суть, что раньше женщины это всё делали добровольно и бескорыстно, да ещё и радовались. А государство под этой обузой просто рухнет.

Тогда встал председатель комитета по хаосу и реформам:

- Я предлагаю всех членов кабинета, губернаторов, депутатов, других госслужащих обязать иметь восемь, нет – десять детей. Они послушные – никуда не денутся.

- Вас, дармоедов, и так народ еле терпит, а если вы как тараканы размножаться станете… Революцию мне захотели устроить?

Слово взял китайский посол:

- Я сдес слысал, у вас люди не хватат. Мы готов посылать вам в год десят миллион человек. Хватит?

- Спасибо, не надо. А то через пять лет мне придётся китайский учить, чтобы с новогодним поздравлением к стране выступить.

Схватились министры за головы – не знают, что ещё предложить.

В это время свесился с колонны змей величины необыкновенной - все советники и охрана так и шарахнулись прочь. Змей же упал на пол и обернулся худенькой женщиной в строгом костюме и в очках.

- В моей Лаборатории нетрадиционной политики, - сказала женщина-змей, - разработан новый метод экстракорпорального оплодотворения, который может значительно снизить остроту демографического кризиса.

- Это каким же образом, Глафира Сергевна? – выкрикнули из толпы министров.

- Те женщины, которые не могут зачать ребёнка, но хотят – получат такую возможность. Оплодотворение яйцеклетки сперматозоидом мужа мы произведём в пробирке, а потом пересадим её женщине, и дальнейшая беременность пойдёт уже естественным путём, - низкий грудной голос женщины-змеи наполнил зал и проникал прямо в душу.

- Это выход, - зашептались в среде советников.

- Нет ли здесь подвоха? – наклонился к царю премьер. - От этой змеиной Лаборатории можно чего угодно ожидать.

- А здесь точно нет подвоха?
- Слушай, и всё узнаешь.
- Может, они сперматозоиды подменять будут?


- А вы случайно не подмените сперматозоиды? – приставали к женщине консультанты.

- Не бойтесь за свои сперматозоиды. Всё будет происходить строго под общественным контролем.

- А вам от этого какая выгода? – спросил царь.

- Никакой, – улыбнулась Глафира Сергеевна, - Просто хочу помочь, по-дружески. Ведь мы будем друзьями?

- Хотите приблизиться к власти, - успокоился царь.
- К власти лезет! – обеспокоились придворные.

- Хочу приблизиться, - игриво продолжила женщина-змей. – Разве это противоестественно? Или противозаконно?

- В этом и был подвох?
- Нет.
- Змей. Я же волнуюсь.


- Кстати, метод экстракорпорального оплодотворения прошёл клинические испытания и имеет международный сертификат.

- Я думаю, - заключил царь, - мы можем принять предложение Глафиры Сергеевны как одно из направлений работы.

- Спасибо, - женщина-змей победоносно взглянула поверх толпы государевой элиты.

- А кто будет за это платить? - советники ещё пытались ставить палки в колёса.

- Операция стоит немалых денег, но казне на это не придётся потратить ни копейки. Люди сами будут платить за собственных детей, ведь речь о тех, кто хочет иметь ребёнка. Кроме того, у нас есть спонсор.

- И дорого это стоит?

- Семьдесят тысяч рублей. Кстати, неизвестный спонсор – гениальный экономист, он вкладывает деньги так, что люди сами платят ему за свои несчастья.
- Значит, подвох всё-таки будет?

Всю ночь царь не спал, ворочался с боку на бок – обдумывал и возникшие откуда ни возьмись проблемы, и свалившиеся с потолка решения. А под утро решил посоветоваться с бабкой Любой. Снял корону и мантию, переоделся в смокинг и кеды (чтобы сойти за простолюдина), проскользнул мимо спящей охраны и тайным подземным ходом выбрался в город. Одного только он не учёл, что завлаб Глафира Сергеевна висела на потолке, манёвр его разгадала и отправилась следом в обличье маленькой змейки.

Стал царь прохожих расспрашивать:
- Не подскажете, где здесь улица Любая?
- Извините, я сам приезжий.
- Вы не подскажете, как пройти на Любую улицу.

- Не знаю. А вы у бабушки спросите, что семечками торгует. Бабушки, они всё знают.

- Бабушка, подскажите… Мне нужна Любая улица.
- Если тебе люба улица подойдёт, то это она и есть.
- А как мне найти любу бабку?
- Так я и есть бабка Люба.
Пригляделся царь – точно, перед ним бабка Люба.

(А Глафира Сергеевна уже вползла под прилавок и свернулась колечком, прислушиваясь)

Рассказал царь бабушке свои сомнения и говорит:
- Подскажи, бабушка, что мне делать.
- Змею эту очкастую гони в шею, обманывает она тебя.

(Глафира Сергеевна зашипела и стала примериваться укусить бабку за ногу, но решила не выдавать своего присутствия)

- В чём обманывает?
- Если ребёнка без души зачать, то он без души и родится.
- Как это?

- Как это?

- Плоть человека зачинается от плоти, когда встречаются сперматозоид и яйцеклетка. Но от чего зарождается душа?
- От души, конечно. От любви.

- А когда? Наверно, это момент невероятного накала чувств.
- Во время оргазма, что ли?
- Лучше сказать: когда мужчина получает удовлетворение – рождается новая душа.
- Почему это именно мужчина?
- Женщина вынашивает плоть, мужчина – порождает душу, всё симметрично. Кроме того, женское удовлетворение не всегда наступает, мужчина же достигает именно пика, он выбрасывает столько эмоций, что после всего немедленно засыпает.
- Тебя не переспорить.
- А зачем меня переспоривать?

- Как это – без души? – переспросил царь Мегатрон.

- Бог дал людям любовь, - лицо бабушки просветлело, - Бог дал им миг наивысшего подъёма любви - для чего? Да потому, что он и рождает душу. А какой же подъём любви, если всё в пробирке происходит под блеск пинцетов и очков?

- Никакого, - царь был раздосадован, что сам не догадался.

- Вот если ребёнок родится без ручки или без ножки, как это люди воспринимают?

- Он для них - инвалид, калека. Его все жалеют, но не любят общаться с несчастным.

- А если ребёнок родится без души?
- Наверно, тоже можно его инвалидом назвать.

- Не просто инвалидом, - поправила бабушка, - а зомби. Роботом с целыми руками и ногами, с интеллектом, но бездушным и безжалостным. Ему скажут "убей" - он убьёт, не задумываясь. Ему скажут "топчи" – он растопчет.

- А потом они будут сдавать яйцеклетки - и будут зомби второго поколения – зомби в квадрате?
- И второго, и третьего. Так будет выведена новая порода людей.
- Ужас какой-то!

- Ужас какой-то! – воскликнул царь и тут же вспыхнул догадкой. – А чьи приказы они исполнять станут?

- А кто за всё это платит?

(Глафира Сергеевна стала примериваться укусить царя, но оставила и эту затею, а заструилась к подземному ходу)

- Неизвестный спонсор.

- В год этот ваш репродуктивный центр планирует выводить по двести тысяч таких зомби, за пять лет – миллион. И только неизвестный спонсор будет знать, как управлять этой ордой.

- Вот стерва очкастая! Извини, бабушка, мне пора.
 

- Так что же это получается? Сначала нам преподносили сексуальную революцию, как прямо освобождение от тирании целомудрия. Потом началось – СПИД, сифилис, гепатит С, бесплодие. Сейчас вот детей за свои деньги покупать начнём, да ещё и дефективных. Мне это пирамиду напоминает, типа МММ, где нас всех просто развели. Или Содом и Гоморру какую-то…
- За глупость, конечно, платить приходится,  и ты даже не представляешь - сколько платить и какие на этом бабки делают. Но деньги здесь лишь инструмент для поддержания механизма, суть в другом.
- В зомби?
- И даже не в зомби.

Простился царь Мегатрон с бабушкой и побежал во дворец.

- Погоди! – крикнула ему вслед бабка Люба. – Ты же ещё не понял, откуда дети берутся в царстве-государстве.

- В следующий раз. Я вернусь.
А Глафира Сергеевна размышляла в подземном ходе:

- Ужалить или задушить? Лучше задушить – даже если найдут труп, меньше подозрений…

- В горле пересохло. Будем чай пить.
- А продолжение?

- Продолжение следует. И телевизор выключи. А то, когда Познер рот открывает, а звука нет – он щуку напоминает из сказки про Глупого мышонка.


Скачать сказку одним файлом



Читайте из этой серии
 










Профсоюз Добрых Сказочников





ЖЗВТ


Рассылка сайта Тартария.Ру

Подписаться на рассылку
"Новости сайта Тартария.Ру"


Если Вам понравился сайт

и Вы хотите его поддержать, Вы можете поставить наш баннер к себе на сайт. HTML-код баннера: