Ландаун навсегда! Часть 2. Аттестат человеческой зрелости

Продолжение. 
Начало см. Ландаун навсегда! Часть 1. Дар Вечной Молодости

Сумерки. Кошки-мышки

Лариса проснулась, когда уже начало светать. В поместье Ландаунов было тихо, даже пес Диоген философски помалкивал в своей будке из бочки. Огромный рыжий кот свернулся у женщины в ногах, приятно согревая и окутывая их длинной шерстью, и явно не собирался прерывать свою медитацию. Лариса пыталась собрать и уложить в голове события вчерашнего длинного и трудного дня. Но что-то ее отвлекало, голова сама собой поворачивалась к комоду, на котором стояли часы, какие-то мещанские слоники и… И что же это там такое? Сумерки сглаживали линии и не давали утвердиться образу. То ли это мышка? То ли статуэтка Будды? От Ландауна всего можно ожидать. Еще один квант света усилил освещение комнаты, и Лариса от удивления села на кровати. Мышонок в позе Будды молча и неподвижно смотрел на нее с комода, даже не подумав испугаться или пошевелиться. Только глазки его поблескивали в свете нарождающегося утра.

«Ну вот, я его опознала и что теперь, гоняться за ним с тапком? – подумала Лариса. – Ладно, пусть смотрит. У Ландаунов все не как у людей!»

Кот лениво потянулся и опять улегся ей на ноги.

«Итак, что же произошло? – думала Лариса. – Ландаун ударил себя ложкой по лбу и пропал… Куда? И зачем? Где он теперь?»

 

Вчера они с Гюльчетай в темноте облазили по пояс в снегу все поместье в надежде, что у проблемы есть легкое решение и Ландаун где-то неподалеку.

- Мы с тобой как тот пьяница из анекдота! – вздохнула, наконец, Гюльчетай.

- Из какого?

- Ну, который искал потерянные часы под фонарем, потому что там светлее.

- А что же делать?

- Давай запустим вселенский поиск.

- Подадим заявление в галактическую полицию? – не сдержала иронии Лариса.

- Нет. Давай вспомним, что говорил Ландаун, - сказала Гюльчетай. – У каждой мысли два конца. Мысль связывает людей.

- То есть, если я думаю о ком-то, то и он думает обо мне? – уточнила Лариса.

- Нет, просто думать мало. Надо говорить с ним, и тогда он отвечает, - объяснила Гюльчетай.

- Хорошо. Тогда ты поговори с ним. Тебе он скорей ответит…

 

Мышонок в нарастающем свете дня становился все рельефней, даже монументальней. В его покое чувствовалась неизмеримая мощь – Лариса сама удивилась пришедшему на ум эпитету. И при этом в посадке головы, форме ушей, в застывшем жесте лапок чувствовалось что-то знакомое. Где-то она это видела? Может, в мультфильме? Или в детстве? Или…

 

-Я его не слышу! – чуть не плача, сказала Гюльчетай. – Я говорю, а он не отвечает! Словно на том конце провода никого нет!

- Дай-ка я попробую! – решилась Лариса, но после недолгого молчания, подтвердила. - Да, не получается. Что все это значит?

- Такое ощущение, что его нет во Вселенной!

- Но такого быть не может! – запротестовала Лариса. – Для мысли нет преград и расстояний. Даже мертвые отзываются.

- Его нет и среди мертвых! – заключила Гюльчетай и тут же без перехода набросилась на Ларису. – Ну, как, как ты вообще до этого додумалась?!

- До чего?

- Ну, с тебя же все началось! С твоей идеи стать младшей женой! О чем ты вообще думала?

- Да, когда мне было думать?! – оправдывалась Лариса. – Сразу столько всего навалилось! Я просто сказала, что в голову пришло.

- И, по-твоему, любовь всегда права? – с легкой издевкой сказала Гюльчетай. – Она все оправдывает?

- Скорее всего, нет. Но…

- Что «но»?

- Разве один мужчина и две женщины – это что-то из разряда невозможного? Или запретного по своей природе? Это есть и на Западе, и тем более на Востоке!

- А смысл какой в этом?

- А какой тут должен быть смысл? – удивилась Лариса.

- Ну, мы же теперь как бы семья философов, - ядовито улыбнулась Гюльчетай. - Поэтому для признания многоженства должны иметь какие-то биологические, социальные, религиозные обоснования. Так?

- Так.

- Так изложи их …

 

Заново переживая острые моменты вчерашнего разговора, Лариса села на кровати. Мышонок глазами проследил ее движение, но не шелохнулся. Женщина пальцем поводила у его носа, как это делают невропатологи, глаза мышонка откликались на движение, но сам он словно окаменел. Лариса осторожно прикоснулась к его телу, от него в самом деле оставалось ощущение камня – теплого, пушистого, но непреклонного в своей решимости находиться на этом месте в этой позе. Лариса взяла мышонка как гипсовую статуэтку и посадила к себе на ладонь.

- Тетя Лариса, не трогайте Пупсика! Я его везде ищу! – ворвалась в комнату шумная растрепанная Матрена.

- Ты его знаешь?

- Да! Мы с ним друзья! Он у меня умный, как папчик!

 

- Только не надо говорить, что после войн и революций мужчин остается мало, поэтому женщинам надо кооперироваться, - наседала Гюльчетай. – Мы же говорим об вечных, изначальных предпосылках того, почему женщина может положить глаз на женатого мужчину.

- Давай о вечном! – приняла вызов Лариса и подняла глаза к звездам в поисках ответа. – Одна умная женщина сказала, что женщины могут прекратить войны на Земле... Если перестанут вступать в близость с мужчинами, которые несут в душе агрессию, и перестанут рожать им детей. Ты с ним согласна?

- Да, перспективный вариант, - подтвердила Гюльчетай. – И что из этого?

- Кто-то из мужчин постарается измениться, стать достойным женской любви. Но не все это смогут. Не все и захотят. Так?

- Ну, так. Куда ты клонишь?

- Так что же в этом случае требуется от женщин? Чтобы они отказались от мужчин и остались на всю жизнь одни, ушли в монахини? Или чтобы они отдали свою любовь другим мужчинам, которые лучше, но которые уже заняты?

- Вот ты о чем! – поняла Гюльчетай. – То есть если мы требуем от женщин, чтобы они прекратили размножать недостойных мужчин, то ставим их перед выбором - стать монахинями или допустить возможность стать второй женой достойного мужчины. Это все я понимаю. Но как же быть с вечной Любовью пары?

- Не знаю, - призналась Лариса. – Я вижу логику в обоих направлениях, а вместе они не склеиваются. 

- А в чем же выражается его ум? – спросила Лариса девочку, отдавая ей мышонка.

- Он перелистывает мне книжку, когда я читаю.

- Неужели?

- А еще он вот что умеет! – Матрена посадила мышонка перед котом.

Сердце Ларисы замерло в ожидании трагедии. Но произошло неожиданное. Барсик, играючи, рыжей когтистой лапой зацепил мышонка и словно включил в нем какую-то батарейку. Мышонок быстро пробежал у кота под мышкой, взобрался по пушистому брюху и уселся у кота на шее, словно что-то говоря ему на ухо. Кот кивал понимающе, а Лариса округлила глаза:

- Я балдею от твоего зверинца!

 

- А давай подойдем математически… – Гюльчетай быстро нарисовала на снегу график.

 

- Что, собственно, ты утверждаешь? Больше всего мужчин нормальных, обычных, - Гюльчетай ткнула прутиком в вершину жирного графика. - Их надо просто сохранить – поэтому каждому выдаем по одной жене. И есть два хвостика. Левый хвостик – это мужчины по-настоящему злые. Их немного, но они лживые, коварные, безжалостные, отвратительные. Этих мужчин надо лишить размножения, то есть лишить женщин (Если смогут, пусть сами размножаются). И такая дискриминация, разумеется, полезна для очищения общества и блага Вселенной. А вот правый хвостик – это редкие по доброте мужчины, созидатели, лидеры, которые заботятся об общем благе, могут собирать вокруг себя людей, увлекать их важным и нужным делом. Разумеется, такие мужчины и женщин могут увлечь целый гарем, и удержать его в каком-то мире и согласии. И эти женщины родят от них много хороших добрых детей, и общий график распределения сдвинется вправо, - Лариса показала на пунктирную линию. - То есть мир в целом станет лучше. Так?

- Так! – подтвердила Лариса.

- Но разве нельзя добиться этого же эффекта посредством воспитания, создания условий для жизни и развития каждого человека? Разве обязательно вводить для этого многоженство? – спросила Гюльчетай.

- Хорошие условия и хорошее воспитание нужны обязательно, - согласилась Лариса. – Но кто же даст воспитание детям агрессивных и лживых недостойных мужчин? Они детей своих, кстати, чаще и бросают. И потом - любое воспитание ляжет на изначальную генетику. А с какими мыслями они своих детей зачнут – с гадкими, похотливыми. И что из этих детей можно воспитать? К тому же ты забыла обо мне, о проблеме тех женщин, которые отвергли недостойных мужчин, но которым не хватило достойных.

- Как же, забудешь о тебе! Но последний вопрос, а то холодно уже, - сказала Гюльчетай. - Почему только злой левый хвостик надо лишать женщин? Нет бы отобрать женщин у всей худшей половины мужчин и отдать их лучшей половине! Вот бы и ускорился прогресс! А еще лучше отобрать у 90% и отдать 10%! Просто великий скачок бы получился! Пятилетка за три года! И весь мир – Царство Божие!

- Ну, ты же знаешь ответ, - вздохнула Лариса. – Это же нестабильное решение…

- Да, это война! – согласилась Гюльчетай. – Неудовлетворенная половина мужчин, тем более сохранившая агрессивные наклонности. Они просто вырежут всех наших светлых созидателей. Во всем нужна мера.

- И мера в том, что моногамия и полигамия – не противостоят друг другу, а образуют единую систему улучшения человеческого общества. Только наши стереотипы мешают нам увидеть всю систему в целом. А там, где эта система исторически сохранилась – все перевернуто. Там много жен имеют самые неприглядные типы мужчин – властолюбивые, деспотичные, жадные.

- Ладно, пошли греться и чай пить, - сказала Гюльчетай. – Потом продолжим. Только не думай, что ты меня убедила.

- Да я и не думаю. Я и сама себя не убедила, - вздохнула Лариса. - Я представляю, каково мужчине-то с двумя женами, если они каждый день корриду устраивать будут. Вон от нас с тобой даже Ландаун испарился!

Гюльчетай как-то странно не нее посмотрела.

 

На кухне их встретил Михалыч. Он уже уложил спать Матрену и встретил женщин горячим чаем с собственным медком, который обнаружил в холодильнике Ландаунов.

- Что ж вы так долго? Ясно же, что Ландауна под сугробом не найдешь.

- Да заболтались! – отвела глаза Гюльчетай.

- А вам, между прочим, о делах надо подумать.

- О каких таких делах?

- К вам завтра президент приезжает как-никак. У вас завтра выступление по телевидению. А вы обе будете с мешками под глазами.

- Какой президент! Какое телевидение! У нас муж пропал…- Гюльчетай покосилась на Ларису -  …и жених.

- Где бы Ландаун ни был – он может сам о себе позаботится, - отхлебнул чаю Михалыч. – А теперь всем спать!

Женщины хотели возмутиться, с какой стати это он тут командует, но, видимо, измучились на свободе без крепкой мужской руки, а может, действительно, было поздно. Как-то  вдруг они почувствовали, насколько же сегодня устали - глаза слипались, ноги еле несли. Едва коснувшись головой подушки, они погрузились в крепкий здоровый сон.

- Ну, вот и порядок! – потер руки Михалыч, а кот Барсик поглядел на него и… раздвоился. Два огромных рыжих пушистых кота синхронно пошли в разные стороны и улеглись у спящих женщин в ногах, толи согревая, толи сторожа их покой.

Рассвет. Колобок

Ландаун висел на тоненькой веточке, которая гнулась под его весом. Руки скользили, а ноги болтались в пустоте. Он периодически поджимал их, потому что снизу рычал и в прыжке пытался достать философа огромный зверь из породы кошачьих с клыками длиной не меньше 20 см.

«Смилодон! Самый крупный из саблезубых тигров! – определил видовую принадлежность зверюги Ландаун. – Они же вымерли 20 тыс. лет назад! Что он здесь делает? Нет, что я здесь делаю?»

Он вспомнил, как все произошло. Он взял ложку, треснул себя по лбу и, не рассчитав, попал в третий глаз. А что же он тогда сказал? Ах, да! «Я просто хочу знать, что происходит, кто все это придумал, и с чего все началось!» Вот именно это и происходит. Ему представилась возможность узнать, с чего все началось. Давненько же зарыто это начало! Хоть бы ложку-то взял с собой – а то как же отсюда вернуться домой?

Неутомимость и упорство зверя слегка настораживали Ландауна – было очень похоже, что философов котообразное чудовище считает деликатесом, и сегодняшнего случая упускать не намерено…

 

Появилась Гюльчетай и сразу перешла к делу.

- Матрена, приготовь что-нибудь на завтрак. А мы тут поговорим с тетей Ларисой.

- А что приготовить?

- Что хочешь. Хоть сухарницу.

- Я сделаю винегрет! Сегодня же праздник - к нам президент приезжает! – Матрена умчалась.

- Вот именно, президент, - проводила ее взглядом Гюльчетай. – И что мы с ним будем делать?

- Что и обещали! – ответила Лариса. – Будем обучать Дару вечной молодости и нравственности во власти.

- Думаешь, он не заметит, что с нами нет Ландауна?

- Думаю, мы сможем объяснить.

- Дар вечной молодости ты, пожалуй, преподать сможешь, а что делать со нравственностью? – задумалась Гюльчетай.

- Думаю, все проще, чем кажется на первый взгляд, - сказала Лариса. – Дар вечной молодости сам очистит власть от безнравственности. Само предложение вечной молодости очистит власть.

- С чего бы это?

- Естественный отбор. Те, кто приняли Дар вечной молодости и встали на сторону Добра, будут жить. Те, кто отказался – умрут.

- Долгонько ждать-то придется очищения! – усомнилась Гюльчетай.

- Нет, недолго! Те, кто отказался от молодости и здоровья, сами дают своему организму команду на ускорение процессов старения и смерти.

- Ого! Так выходит Дар вечной молодости – это ультиматум: быть добрым или умереть!

- Именно так! – согласилась Лариса. – Жестко.

- Но справедливо! – закончила Гюльчетай. – Тогда ты и займешься президентом. А я возьму на себя телевидение. Мне есть, что сказать народу.

 

Зверь сменил тактику. Вместо того, чтобы прыгать, он стал трясти дерево. Это было гораздо хуже – руки Ландауна скользили, и он вот-вот должен был сорваться с ветки. Он относился к этому вопросу философски: «Если хрен знает кто затащил меня сюда – уж не для того, чтобы накормить саблезубого тигра. Значит это кому-нибудь нужно. Хрен знает кому! Хрен знает зачем! И вообще хрен знает кто мог бы и поторопиться! Эта зверюга сейчас до меня доберется! Блин! Екарный бабай! Свинство-собакство! …! … …! … … …! Мама! А-а-а!»

На этом его философские размышления закончились. Он плюхнулся на спину невесть откуда появившегося мамонта, которым управлял вспотевший от спешки молодой русоволосый абориген. Погонщик экзотического транспортного средства повернулся, сверкнул голубыми глазами и радостной белозубой улыбкой, которой могли позавидовать все голливудские звезды вместе взятые:

- Еле успел! Ошиблись в расчетах на 150 саженей! Будем знакомы. Меня зовут Крышень.

- Вы говорите по-русски? – вместо ответа удивился Ландаун.

- А тебя Ландаун! – закончил за него знакомство погонщик. – А как же нам еще говорить? Мы же русы! И мы говорим друг другу «ты», как Богу. На «вы» мы только с врагами и Тьмой.

- Как я здесь очутился?

- Об этом тебе расскажут. Ты был нам очень нужен. Осторожно! – предупредил погонщик.

- Что? – не понял Ландаун и тут же получил по лбу веткой.

«Опять в то же самое место! Да что это за день такой сегодня?»

Мамонт мерно шагал через заросли. Раскачиваться на такой высоте Ландауну было страшновато, но все же он отметил необычный вид зарослей. Типичные для средней полосы дубы и вязы перемежались какими-то неведомыми деревьями с продолговатыми листьями, По кленам взбирались толстенные лианы, а на березах висели крупные плоды. «Вкусные, наверно! – подумалось Ландауну. - Не может быть, чтобы на березе – и невкусные!»

Запищал сотовый, требуя подзарядки. Ландаун автоматически вытащил его и оторопел - на дисплее стояла дата «22 августа 24024 года до нашей эры».

 

Винегрет оказался на редкость вкусным. Хозяйственная Матрена после завтрака отправилась в кладовку за мукой, собираясь удивить президента еще и плюшками. А Лариса рассеянно вертела ложку и размышляла:

- Мы не знаем, где Ландаун, так? Но мы видели, как он исчез.

- Предлагаешь повторить эксперимент? – спросила Гюльчетай.

- А что мы теряем? – храбрилась гостья.

- В прошлый раз мы потеряли Ландауна, - напомнила хозяйка.

- М-да. И все-таки я попробую! Вдруг получится – и я окажусь там же, где он, - размечталась Лариса.

- Ишь какая хитро-мудрая! Нет уж! Это я попробую! – Гюльчетай потянула ложку к себе.

- Нет, я! – упиралась Лариса. – И зачем тебе именно эта ложка? Тут полно других ложек!

- Вообще-то она моя! Тут все мое!

- Ладно! – уступила Лариса и отпустила ложку.

Серебряная ложка хлопнула Гюльчетай по лбу, и звон долго еще стоял в пространстве. На лбу появилось красное овальное пятно.

- Больно же! – воскликнула Гюльчетай.

- Ну, ты же к этому и стремилась! – напомнила Лариса.

- А почему не сработало? Может ложка не та?

- Нет, наверно, сказать что-то надо! Дай ложку! Он стоял здесь и сказал: «Всем оставаться на местах!» - Лариса хлопнула себя по лбу волшебным столовым прибором, но как-то неубедительно, и ничего интересного не произошло. Даже красного пятна на лбу не появилось.

- Да кто так бьет! – отобрала у нее ложку Гюльчетай. – И говорить не так надо! Сказала «остаться на месте!» и осталась на месте. Он сказал: «Хочу…» Что «хочу»?

- Хочу узнать… - вспоминала Лариса.

- С чего все началось! – воскликнула Гюльчетай и классической пиявкой влепила Ларисе в лоб ложкой.

Результат проявился сразу, теперь обе женщины стали похожи на индийских красавиц с точкой во лбу.

- А чем это вы тут занимаетесь? – удивилась в дверях вымазанная мукой Матрена.

- Мы это… - спрятала ложку за спину Гюльчетай.

- Аргументы для президента подбираем! – выпалила Лариса.

- Понятно! – сказала Матрена и пошла заводить тесто.

- Понятно! – воскликнула Лариса.

- Что понятно? – пытливо взглянула на нее Гюльчетай.

- Его нет во Вселенной! – объясняла Лариса. – Во всем этом бесконечном пространстве материального и тонких миров его нет. Потому что. Его нет в нашем времени. Он же сказал: «Хочу узнать, с чего все началось!» Вот он и попал…

- В прошлое! – закончила мысль Гюльчетай и резюмировала. – А всего-то потребовался один удар ложкой, чтобы до тебя дошло. Наверно, и для президента это будет веский аргумент.

 

Мамонт вышел из леса и остановился посреди большой поляны, на которой разместились несколько куполообразных жилищ из неизвестного Ландауну сияющего на солнце материала. У ближайшего купола стояли двое: мужчина и женщина. Возраст их было определить трудно: на вид они были молодые, сияющие красотой и здоровьем. Коса женщины тянулась до пят. А вот глаза – в них покоилась такая мудрость и тихая радость, что это не вязалось с привычным представлением о молодости, как о чем-то дерзком, шумном и сексуально озабоченном.

Ландаун ожидал, что к мамонту приставят что-то вроде лестницы, как в аэропортах, но, видимо, этот сервис не был предусмотрен. Крышень ловко скатился по хоботу вниз, причем мамонт, похоже, еще и умело смягчил его приземление, направив человека вдоль поверхности лужайки. Ландаун попытался проделать такой же трюк, но зацепился ногой за бивень и вылетел с хоботовой трассы, приземлившись носом в пыль прямо у ног русоволосой красавицы. Мобильник вылетел из кармана и заиграл какой-то бравурный марш.

Ландаун поднялся и отряхнулся с таким видом, словно падать с мамонтов для него дело привычное и ежедневное. Мужчина вполне современным жестом радостно протянул ему руку и представился:

- Сварог!

- Рада! – мягким жестом протянула руку женщина.

- Вы боги? – пересохшим горлом сипло спросил Ландаун.

- И ты тоже! – улыбнулся Крышень.

 

- А как далеко его забросило в прошлое? – спросила Гюльчетай.

Лариса пожала плечами.

- На 26 тысяч лет назад! – не отрываясь от замеса теста, ответила Матрена.

- Ты откуда знаешь? – удивилась мать.

- Пупсик сказал! – пояснила дочь.

- А он откуда знает?

- Он знает все! Как папчик! Только говорит не ртом, а глазами. Просто посмотрит, и все понимаешь.

- А Пупсик знает, как папу вернуть? – уточнила Лариса.

- Он говорил, что все идет своим чередом.

- Еще один философ! – закатила глаза Гюльчетай.

- Давай рассуждать логически! – успокоила ее Лариса. – Он в прошлом, мы в будущем.

- В настоящем, - поправила Гюльчетай.

- Для него - в будущем. Отправить в будущее послание очень просто – надо только оставить его в надежном месте. Так?

- Так.

- Значит, это послание уже где-то здесь! – воскликнула Лариса и оглянулась. – Где он мог его оставить? Это должно быть какое-то заметное место! Может, под дубом?

- Этому дубу 500 лет, - остановила ее Гюльчетай. - Ландауна мог помнить только его пра-пра-пра, 50 раз пра-дедушка.

- Обалдеть, какая древность! – воскликнула Лариса. – А что же там такое началось?

- Вот там-то ты в первый раз додумалась стать младшей женой! – съязвила Гюльчетай.

Лариса уже надула губу, чтоб ответить, но по скайпу раздался звонок.

Владимир Путин через веб-камеру оглядел наших красавиц:

- Это у вас, - он указал на лоб, - для повышения эффективности медитации или просто Индией увлекаетесь?

- Это ложка так сорвалась, Владимир Владимирович! – честно ответила Гюльчетай.

- Сразу обеим? – повел бровью бывший разведчик.

- Владимир Владимирович, дело в том, что Ландаун… - начала объяснять Лариса.

- Я знаю! – остановил ее Путин. – Он пропал. Но я знаю, что вы со всем справитесь.

- Откуда вы это знаете?

- Об этом после. Я уже лечу к вам. Знаю! – предупредил Путин реплику Гюльчетай, - что в поместье сажать вертолет нельзя, чтобы не распугать всех ваших жучков и зверушек. Мы сядем на поле «Газовика», все равно они уже пятый год не сеют, не пашут. Ждите через 40 минут.

 

- Почему один удар ложкой забросил меня так далеко в прошлое? – спросил Ландаун, когда все уселись обедать.

- О, удар серебряной ложкой может творить чудеса! – улыбнулся Крышень. – Но на самом деле он лишь создал отметку во времени, с которой мы втянули тебя к себе.

- Почему именно меня?

- А ты знаешь много других людей, который бьют себя по лбу серебряными ложками? – улыбнулась Рада и пояснила. – Мы тебя очень ждали. Тебе суждено протянуть нить от нашего времени к своему.

- Скоро будет война, и она разрушит земную цивилизацию, - с горечью произнес Сварог. - Наша северная держава, которую вы назовете Гипербореей, пока пребывает в благоденствии и гармонии. Нам даже нет необходимости создавать государство, все люди и сословия сами стремятся к всеобщему благу, которое распознают жрецы и разъясняют народу и правителям. Но наша южная колония Атлантида попала под влияние темных сил Вселенной. Зло дало еще молодую, но многочисленную и соблазнительную свою дерзостью поросль. Пока еще наши братья купаются в новых возможностях ускоренного, как им внушили, развития, но мы предвидим чудовищные вещи – возникновения рабства, которое будет закреплено на генетическом уровне, ослепление жаждой мирового господства и войну со своей альма-матер.

- Может, нанести превентивный удар до того, как зло наберет силу? – предложил Ландаун.

- Это все равно, что плеснуть в костер бензина, чтобы его затушить! – вздохнул Крышень. – Человечеству придется пройти через период упадка и страданий, чтобы навсегда отвергнуть даже возможность лжи и паразитизма, которые составляют суть зла. Но, чтобы человечество воспряло после этого падения, нужно донести до будущего правду о произошедшем и знания об устройстве Мироздания, человека и общества.

- Когда будет война? – спросил Ландаун.

- Будет серия войн, сопровождающихся климатическими и геологическими катастрофами, - уточнил Сварог.-  Первая война разразится по нашим расчетам через 2 тысячи лет.

- Вы меня вызвали весьма заблаговременно… - заметил гость из будущего.

- Тебе предстоит многому научиться! – сказала Рада.

- А как же мой дом и моя семья?

 

- Пусть не под дубом и не под воротами, но где-то это послание быть должно. Не может Ландаун оставить нас в неведении! – сказала Лариса.

- По этой территории прошел ледник, - объяснила Гюльчетай. - Он срезал даже почву на несколько десятков метров. И Ландаун об этом знает. Если послание есть, то оно должно быть в том месте, которое избежало катастроф.

- На Луне, что ли?

- Как раз Луна мне представляется не очень подходящим местом. Кратеры ее могут быть не только метеоритными, но и следами применения очень мощного оружия, которое и лишило ее атмосферы и жизни вообще.

- Тогда где?

- Может, в сказках? – выдвинула гипотезу Гюльчетай. – Многие сказки дошли да нас с тех давних времен. Например, сказка о Колобке явно написана на Северном полюсе, то есть в Гиперборее.

- Это кто же это доказал?

- Ландаун, кто же еще!

- Расскажи.

- Ладно, - согласилась Гюльчетай. – Колобок круглый и горячий, только из печи – это тебе о чем-то напоминает?

- О Любви.

- Почему?

- А мне все о Любви напоминает.

- Ладно. Любовь, действительно, начало всему. И вот Колобок бежит по дорожке, а вдоль дорожки стоят звери. Это тебе тоже о Любви напоминает?

- Слушай, что-то знакомое! – задумалась Лариса.

- А если я скажу, что эта дорожка на небе? – торжествующе взглянула на нее Гюльчетай.

- Точно! Зодиак – это круг зверей, набор созвездий, по которым проходит Солнце.

- А Солнце на славянском называлось…

- Коло! Коло-Бог! Здорово! Только где же здесь Северный полюс?

- В сказке всего 6 персонажей. Дед, Баба, заяц, волк, медведь, лиса. Начинается путь Солнца с Деда – в секторе Овна находится славянское созвездие Вышня-Даждьбога, которое греки назвали Андромедой. А заканчивается все осенью под знаком Чернобога/Черного змея, по-гречески Гидры.

- А почему всего шесть? В Зодиаке же 12 созвездий.

- Так в этом и суть. Есть такое место на Земле, где видимый путь Солнце захватывает не 12, а 6 созвездий. Точнее таких мест два.

- Полюса! – догадалась Лариса. – Значит, сказка была написана людьми, которые бывали или даже жили на полюсе! Гиперборейцами! Да, это здорово!

- Теперь ты понимаешь, из какой древности пришли к нам наши сказки! – сказала Гюльчетай.

- И Ландаун это открыл? Теперь ты понимаешь, почему мое сердце выбрало его?

- Я это 20 лет понимаю. Я вижу в этой сказке послание современным людям от древних, но есть ли в ней послание от него?

- А что он мог сказать в сказке?

- Только указать место более подробного послания или клада.

- Но он же нам указывает на небо! Это что – клад меж облаков?

- Горы! Горы – это земля меж облаков! – догадалась Гюльчетай. - Именно горы не подвержены потопам и действию ледников.

- Но мы не можем обшарить все горы на свете, - огорчилась Лариса.

Она хотела еще что-то сказать, но Гюльчетай оборвала разговор:

- Все! Додумаем позже!

- Почему?

- Вертолет!

 

- Вы могли бы взять меня к себе вместе с семьей! – сказал Ландаун. – Как они там без меня? Как я без них?

- В этом как раз весь смысл! – Рада взяла Ландауна за руку. – Именно в этом твое преимущество перед нами, именно поэтому ты был нам нужен – тебя ждут в будущем, твое сердце рвется к ним. Это и есть связь времен.

- А объяснят мне все это позже! Как всегда! – усмехнулся Ландаун.

- Ты сам поймешь, - сказала Рада.

- Ладно. И как же вы готовитесь к крушению цивилизации? – вернулся к теме Ландаун.

- Мы сочиняем сказки, - ответил Крышень.

- Сказки?

- Ну, конечно, не только сказки, - пояснил Сварог. - Кое-что мы оставляем на материальных носителях. Но все материальное подвержено разрушению. Самое надежное, вечное – это запись в информационном поле Вселенной. А сказка – это ключ, который пробуждает родовую память.

- Вчера мы с Радой сочинили забавную сказку! – похвастался Крышень. – Вычисления показали ее потенциал сохранения в памяти народа 50 тысяч лет! Одна только присказка «Я тебя съем!» включает в сознании ребенка сразу и пищевой комплекс эмоций, и охотничий (исследовательский) инстинкт, и творческий поиск выхода из опасной ситуации.

- Колобок! – улыбнулся Ландаун. - До наших времен эта сказка точно доживет.

- Есть там и загадка для взрослых, и указание на историю цивилизации, и, конечно, обращение к силе продолжения рода.

- А это где? – удивился Ландаун.

Рада улыбнулась:

- А «замеси, Баба, тесто» - это, по-твоему, указание на что?

- А это типа как в Индии Асуры пахтали океан при сотворении Мира, а на Руси, значит, Баба месит тесто, - догадался Ландаун. – Тут тебе и символика смешения (крови и генов), и вращения (колеса воплощений), и зачатия.

- Одно только мы не можем пока вложить, - вздохнул Крышень. – Указание на сотворение мира из ничего силой мысли Творца. Чтобы обращение к этому коду открывало базу данных первоистоков.

- А, так это просто! – сказал Ландаун. - Баба говорит Деду: «Из чего я испеку Колобок, муки-то нет!» А Дед отвечает: «А ты по амбару помети, по сусекам поскреби. Авось и наберешь что-нибудь».

- Великолепно! – воскликнул Крышень. – То, что надо! Даже Авось – ось Рода, символ пути Создателя – и тот на месте.

- Все, ребята! Договорим потом, - поднялась Рада.

- А что случилось? – не понял Ландаун.

- Мы летим в столицу! Ты увидишь прекрасную столицу Орианы и великую рукотворную гору Меру!

На поляну тихо опустилась летающая тарелка.

 

 День. Испытание

Автобус с телевидением прибыл одновременно с Путиным, и сразу вокруг поместья Ландаунов стало шумно и тесно, отчего часть жителей экопоселения качала головами, другая вздыхала, третья разводила руками, четвертая в сердцах швыряла на землю шапки, а пятые подводили итог всей этой пантомиме: «Не будет нам покоя с этими Ландаунами!»

Прессу Гюльчетай повела в Дом культуры, который одновременно был школой, гостиницей и храмом. А премьера Лариса провела в дом, где Матрена встретила его праздничным винегретом и плюшками. Кот и мышонок вежливо поклонились главе правительства, от чего тот слегка завис и тоже поклонился. Охране за спиной Путина не так повезло. Барсик выгнул спину, поднял хвост и зашипел. От гнева его размер, и без того огромный, словно еще увеличился и превосходил уже все мыслимые значения. А рыжесть перешла в огненность и даже в светимость. Опытному охраннику, чемпиону Европы по единоборствам, участнику двух войн и кавалеру трех боевых орденов, стало не по себе, и он схватился то ли за сердце, то ли за кобуру под мышкой. Но когда котообразное чудовище раздвоилось, а потом рас-троилось, и стало окружать охранника, тот побелел и стал медленно оседать, прислоняясь к косяку.

- А вот этого не надо делать! – из косяка вышел Михалыч и одним движением сгреб всех трех котов в одного. – Не стоит так переживать! Барсик вообще-то мирный, но службу знает. И не рассказывай никому – не поверят, - Михалыч вместе с котом исчез в другом косяке.

- Это что вообще было? – протер глаза охранник, но ничего уже не было.

 

Лариса подняла вверх палец, как это всегда делал Ландаун, и вдохновение сразу подхватило ее и понесло:

- Чтобы добиться преобладания нравственных людей во власти, нам надо определить для себя, что такое нравственность, и как она возникает в человеке. Нас интересует именно мотивация поступков человека. По мере развития человека, ребенка, его психика проходит несколько этапов.

 



Вначале ребенок осваивает управление собственным телом. При телесном типе строя психики всё поведение подчинено инстинктам и удовлетворению инстинктивных потребностей, не взирая на обстоятельства. Ребенок не чувствует стыда: я хочу – мне дай.

- У нас полно взрослых, которые живут по тому же принципу! – заметил Путин.

- К сожалению, развитие человека может остановиться уже на этой первой ступени, - вздохнула Лариса. - Причем, речь идет не об интеллекте, который может быть очень даже развит, а о ценностях, о мотивах поведения. Человек может стать даже крупным ученым, но мотивом его деятельности является получение большего количества материальных благ – поесть, поспать, получить сексуальное удовольствие. Для случая остановки развития этот тип строя психики назовем животным.

- А у моего мышонка тип не только животный, но и ушастый, и даже хвостатый! – под нос бурчала Матрена, моя посуду.

- Освоив навыки управления телом, личность обращает свое внимание к обществу. Ребенок довольно быстро выделяет и осваивает правила, по которым живет общество. И начинает жить по правилам. Правило превыше всего!

- Да-да! – рассмеялся Владимир Владимирович. – Когда дочка была маленькая, я однажды прилег спать пораньше. Она меня растолкала - «Папа! Папа!» – «Что?» – «Спокойной ночи!»

- Вот прекрасная иллюстрация. Ритуал должен быть исполнен в любых обстоятельствах! – рассмеялась Лариса.- Тип строя психики Правильный нацелен на гармонию, но внешне, самим исполнением правил. Тут появляется и стыд как знак нарушения правил. Для психики ребенка переход на тип строя психики Правильный – действительно, большое достижение, но взрослый, который остановился на этом уровне, теряет связь с собственной душой, вдохновение открытий заменяется формальным и догматичным следованием усвоенному когда-то законам. Такие люди живут просто по привычке, изменения и творчество ими отвергаются. Они до старости ведут себя как запрограммированные роботы.

- Предлагаю так и называть взрослых с подобным строем психики – биороботы, - сказал Путин.

- Согласна. Мотивы, определяющие поведение биоробота, звучат так - «все (всегда) так делают», «так положено», «что люди скажут?», «так сказано в Писании». Все фанатики – представители психотипа «биоробот».

- Но в какой-то момент человек может осознать, что правила пишут тоже люди, что правила условны, - продолжил мысль премьер.

Лариса отметила, что он тоже поднял палец вверх, и теперь в две антенны они ловили в два раза больше вдохновения. Она продолжила:

- Человек осознает себя не таким, как все, особенным. Носители типа строя психики Особенный склонны к творчеству, их воля способна подчинить их инстинкты, они могут переступить через исторически сложившиеся нормы культуры, вырабатывая новые способы поведения и разрешения проблем, возникающих в их личной жизни и в жизни общества. Руководствуется представитель этого типа психики, в первую очередь, разумом.

- Таких людей немного. Может, один на пятьдесят человек, а может и один на сотню! – отметил Путин. – Но это как я понимаю не вершина развития. И если человек застрянет на этой ступеньке, то…

- Он становится сущим демоном, который стремится все подчинить своему влиянию, - сказала Лариса. – Поэтому для случая остановки развития такой тип строя психики можно назвать демоническим.

- Часто встречаясь с творческими людьми, я заметил, что в своих произведениях они как-то выше, человечней, - размышлял премьер, - А в личном общении часто мелочны, даже не сказать демоничны, а просто биороботны или даже животны.

- Именно так, - согласилась Лариса. - Психотип может меняться в зависимости от состояния человека и задач, которые ему приходится решать, даже по нескольку раз в течение суток. Поэтому правильнее говорить о преобладающем типе психики человека. И демон, и биоробот, испытывая сильный голод, переходят на животный тип психики, который позволяет более эффективно решить именно эту задачу. Человек, долго шедший без еды через горы, выйдя к жилью, не побрезгует и пищей из собачьей миски. А в моменты опасности люди спасаются, не обращая внимания на то, насколько это смешно со стороны и как сказывается на их авторитете. На некоторое время возможен выход из низшего типа строя психики на более высокий, например, из демонического – в человечный, что и происходит часто с людьми искусства в порыве вдохновения.

- Ну, вот теперь поподробней о человечном типе строя психики. Наконец-то мы до него дошли.

- С удовольствием. При достижении человечного типа строя психики человек на новом уровне возвращается к гармонии с обществом, осознав, как направить свои творческие и волевые качества на общее благо. При развитом разуме, высший приоритет, тем не менее, отдается интуиции и Божьему водительству - Совести.

- Видимо, достижение каждым представителем общества человечного типа строя психики ко времени вхождения во взрослую жизнь – это и есть задача культуры, - задумчиво сказал Путин.

- Именно этот строй психики дает возможность участия в управлении обществом на благо всех и создания семьи, продолжения рода, поскольку именно представитель человечного строя психики настроен на заботу о младших и в целом о других. Достижение такой человеческой зрелости в древних обществах сопровождалось обрядом инициации – своего рода экзаменом на знание основ и испытанием на человечность. Правда, и этот обряд деградировал. Впоследствии для инициации было достаточно достижения типа строя психики биоробота – то есть знания правил и подчинения правилам.

- Но люди с типом строя психики биоробот тоже могут быть способны на заботу об общем благе, в частности о младших членах семьи, если в культуре заложены соответствующие программы-стереотипы, - размышлял премьер.

- Да, но родители-биороботы не способны помочь ребенку в развитии и обретении типа строя психики выше своего собственного, - возразила Лариса. – Поэтому счастливой в полном смысле слова такая семья не будет. Остановка в развитии разрушает любовь и счастье. Семья людей с типом строя психики демон вообще неустойчива, как и результаты их участия в общественном управлении. Поэтому раньше принимать участие в управлении обществом имели право только главы семейств, доказавшие на опыте правильность своего мировоззрения и свою квалификацию руководителей. В общем, свою человечность.

- А души, так сказать, темной иерархии проходят те же этапы развития, что и светлой? – спросил Путин.

- В общем, да. Так же как и стадии развития эмбриона тела у всех людей одинаковы, - ответила Лариса. - Но, разумеется, подобное притягивается к подобному. Коллективы и субкультуры, в которые попадают люди, изначально принадлежавшие, как вы сказали, темной иерархии, или успевшие растерять свой изначальный светлый потенциал, позволяют им извлекать из жизни очень специфические правила во время обладания строем психики биоробот.

- Не верь, не бойся, не проси, - прокомментировал Путин.

- Что-то в этом роде, - согласилась Лариса. - А выше типа строя психики демон такие люди подняться практически не могут, так как переход в человечный строй психики означает полное их перерождение, что самопроизвольно происходит очень редко.

- То есть во власть таких людей общество пускать в принципе не должно. Так же, как и людей с низшими типами строя психики, - практично заметил премьер. – А как же тогда демократия? Равенство возможностей?

- Вот здесь-то и зарыта собака …

Пес Диоген выглянул из будки и прислушался.

 

Телекамеры уставились на Гюльчетай как удавы на кролика. И ей стоило больших трудов от озабоченности, не растрепалась ли на ней прическа, перейти к делу. Но она собралась с мыслями и начала:

- Каждая мышца нашего тела создана, чтобы работать. Каждая мышца радуется, когда работает, и делится это радостью со всем телом, выделяя гормоны эндорфины. Если в какой-то мышце кровь застаивается из-за неподвижности,  неудобной позы, пережатости, перекручености, то это вызывает дисгармонию не только в теле, но и в душе. И наоборот, если в мышлении нет гибкости, то шея или коленка часто затекают. А от этого и бизнес может кособоко пойти, и личная жизнь. Все взаимосвязано. Вечная молодость – это молодость тела, души и духа…

У зрителей скоро появились вопросы. Первым дозвонился Афанасий Петрович из Самары:

- Вот вы говорите, что надо нагружать все мышцы все до единой, чтобы тело радовалось от гармонии. А где нам заниматься этим спортом, если все фитнес-клубы такие дорогие? Или опять вечная молодость будет для богатых, а для простых людей только вечная работа? Времени нет не то, что спортом заняться, даже детей в зоопарк сводить.

- Афанасий Петрович, а у вас есть время утром ехать в автобусе на работу? - улыбнулась Гюльчетай.

- Каждый день час еду в контору и час обратно.

- И этого времени вполне достаточно, чтобы тело привести в состояние гармонии.

- Какой гармонии? Отдавят все ноги и бока!

- Афанасий Петрович! Я знаю, что такое автобус, я тоже 10 лет каждое утро ездила на работу. Это прекрасное место, где можно заниматься всем - от медитации до знакомства с противоположным полом. И спортом в том числе. Вот смотрите.

Гюльчетай положила руки на шведскую стенку, на которой школьники-поселенцы болтались на переменах.

- Смотрите. Если вы одной рукой тянете поручень на себя, а другой толкаете от себя – то работает огромное количество мышц тела – бицепсы, трицепсы, мышцы плечей, косые мышцы туловища, ноги. А теперь с тем же хватом пытаетесь сдвинуть поручень вправо, затем влево – здесь уже работают мышцы боковой поверхности туловища. При любом хвате можно придумать интересное упражнение, в котором задействована самая разная мускулатура. Или так. Расставьте ноги на ширине плеч и попытайтесь сдвинуть их вместе – это развивает мышцы внутренней поверхности бедра. А если попытаться развести ноги – то внешней.

- Это, действительно, необычная гимнастика! – воскликнул ведущий. – Вы ее тоже возводите к Гиперборее?

- К Гиперборее я возвожу творческий подход к любому вопросу. А в этой гимнастике что самое главное?

- Что?

- Что вы можете нагружать мышцы целый час, и никто даже не заметит и не будет показывать пальцем, - улыбнулась Гюльчетай.

- Здорово!

- И даже поручня порой не надо, - продолжала Гюльчетай. – в нашем организме многие мышцы парные. Мы , например, можем просто напрягать мышцы ягодиц, втягивая их внутрь, и одновременно мышцы пресса, втягивая внутрь нижнюю часть живота. Помните фильм «Служебный роман»? «Все в себя!» - учит Лия Ахеджакова Алису Фрейндлих. Это упражнение улучшает осанку, а делать его можно вообще где угодно, хоть на планерке у начальника.

- Гюльчетай, у нас звонок! – сообщил ведущий. – Это звонит Игорь из Одессы.

- Здравствуйте, Гюльчетай! Нам тут очень понравилась ваша методика, но она доставила нам некоторые неприятности.

- Уже? – удивилась Гюльчетай. – Расскажите.

- Мы тут с друзьями в автобусе едем и вашу передачу по радио слушаем. И давай все на поручне упражняться. Ну и оторвали, в общем.

- Ребята, надо же меру знать. Или договариваться, что кто-то в одну сторону давит, кто-то в другую. Кстати, друг может быть таким же прекрасным тренажером, как и покупной инвентарь, и даже лучше. Само простое упражнение. Упритесь одной ладонью в ладонь друга, отойдите на полшага и отжимайтесь друг от дружки. Это и весело, и многие мышцы работают. А еще очень хорошо использовать волновое движение – оно снимает зажимы и включает естественную очередность сокращения мышц и построения движения…

 

Кот забрался на колени Путину с таким видом, словно возлежать на премьер-министрах – это его право и предназначение. Владимир Владимирович погладил пушистое чудо, а Лариса улыбнулась:

- Прежде, чем говорить о демократии, два слова о культуре. Вы смотрели сериал «Терминатор. Хроники Сары Коннор»?

- Не было времени.

- Посмотрите. Он интересен тем, что все главные герои имеют тип строя психики человечный. Сара Коннор, ее сын Джон, и военачальник сопротивления людей против роботов Дерек Рис – все они в своем поведении руководствуются мотивом общего блага. Они готовы умереть, чтобы предотвратить войну и гибель человечества. Больше того, они готовы жить ради этого.

- Да, посвятить какому-то делу свою жизнь – это даже больше, чем умереть за него, - согласился Путин.

- А вы смотрели фильм «Москва слезам не верит»? – продолжила Лариса.

- Конечно. В 1979 году это был хит сезона, - припомнил премьер. - И, если не ошибаюсь, он признан теперь лучшим советским фильмом.

- И по праву! Это фильм – прямо учебник по теории типов строя психики. Три подруги – три психотипа. Три судьбы. Одна живет, как положено – семья, дети, дом, дача.

- Психотип «биоробот», - определил Путин.

- Героиня Муравьевой считает себя выше всего этого и ищет в жизни свой большой шанс, чтобы все и сразу, не останавливаясь перед интригой, обманом, манипуляцией людьми.

- Психотип «демон».

- И, наконец, главная героиня, роль которой исполняет Вера Алентова – она собственно человек. Она пробивается через все трудности жизни, стараясь сохранить достоинство, добиться всего своим трудом, знанием. Она и депутатом стала по праву и директором – научилась организовывать жизнь не только свою, но и других людей. Кстати, и мужчины ее показаны очень характерно. Первый, который стал отцом ее ребенка, телеоператор… - Лариса вопросительно посмотрела на Путина, приглашая к разговору.

- Похотливый самец, который ничего в жизни не добился, потому что ни к чему и не стремился, - взглядом профессионального разведчика оценил Владимир Владимирович. - Использовал свою экзотическую профессию, чтобы пудрить мозги девушкам. Психотип «животное».

- А второй, которого Табаков играл?

- Он ее не любил. Не скучал, не ждал встречи. Просто использовал. Психотип «демон», но такой трусливенький бесенок. Правила нарушать готов, а отвечать за это – не очень.

- Прямо в точку! - согласилась Лариса. – И, наконец, Гоша. Давайте я его, как женщина, опишу. Это идеал. Жаль, что курит в постели, но это штрих времени. А в остальном все налицо – доброта, забота, сила, ясное мировоззрение. С таким мужчиной женщина себя чувствует как за каменной стеной, даже если сама она сильная личность, сама человек. Он спасает ее даже не от житейских проблем, а от нее самой, от сомнений в себе, от неудовлетворенности жизнью. От одиночества. Потому, что счастье человеку с человечным типом строя психики может принести только общение с таким же человеком.

- А я недавно посмотрел спектакль «Безумный день или женитьба Фигаро», - сказал Путин. – Смешной, искрометный текст великого Бомарше. Блистательный Миронов в роли Фигаро. И ни одного персонажа с человечным типом строя психики. Все друг друга обманывают, плетут интриги, стремятся отсудить и облапошить. Прямо какая-то тоска возникла. Тоска по…

- Человеку! – подсказала Лариса.

- Да-да. Конечно, культура и искусство должны давать образцы поведения для нашей молодежи. Та свобода самовыражения, которую рекламировали либералы и с удовольствием подхватили наши художники с преимущество демоническим типом строя психики – она разрушает естественный путь эволюции человека. Она, вообще говоря, преступна. И я опять удивляюсь мудрости Иосифа Виссарионовича, который таких «демонов», «демонят» и демонищ», как наша творческая интеллигенция, сумел поднять выше их самих и прямо заставить творить искусство человечное, которым Россия до сих пор гордится…

- Он сам лично просматривал каждый фильм, который должен был появиться на экранах. И художник чувствовал ответственность за свое творчество. А когда система цензуры рухнула, настала не свобода, а другая зависимость, более низкого уровня, от спонсора и прибыли. Низость внутренней и внешней цензуры и породила низкопробную продукцию.

- Но справедливости ради надо сказать, что среди творческой интеллигенции и тогда были, и сейчас есть люди с истинно человечным типом строя психики, - напомнил премьер. – Они есть при любом политическом строе. Да вы их и называли сегодня. Джеймс Кэмерон и Владимир Меньшов – эти имена говорят сами за себя.

 
- У нас еще вопрос. Екатерина Маркина из Калининграда.

- Здравствуйте, Гюльчетай. Я хотела спросить, как вы относитесь к конкурирующим учениям об омоложении и бессмертии? В частности, меня интересует ваше мнение о секте Белых тигриц, которые достигают вечной молодости через сексуальные практики.

- Между практиками, ведущими к вечной молодости, не может быть никакой конкуренции, - улыбнулась Гюльчетай. – Вечная молодость – это естественное состояние организма, поэтому все практики только помогают друг другу. Какая может быть конкуренция, борьба или противоречие между естественным питанием и естественным дыханием? Или между водными процедурами и радостным отношением к жизни? Одно дополняет другое, и все это вместе необходимо организму.

- И все-таки о сексуальных практиках.

- Надо знать, что одного и того же внешнего эффекта можно достичь как светлым путем, так и темным путем. Но это только внешняя схожесть. Даже деньги можно заработать, а можно украсть. Но это разные деньги: одни принесут благо, другие – страдания. В традиции Гипербореи вечная молодость не была секретом, ее мог достичь каждый и этим внести свой вклад в общее ощущение вечности жизни, каждый помогал всем и всем был нужен. В традиции Атлантиды бессмертия достигали избранные за счет опустошения многих. Была выстроена целая система, пирамида паразитирования - вытягивания энергии, жизненных сил из целых народов. И это два разных пути. Теперь сами сравните эти пути с практиками Белых тигриц. Чтобы получить благодатную мужскую энергию, тигрицы обманывают своих партнеров. По неумению своему они не получают много энергии и не наносят большого вреда. Но основательница секты Матушка – Владычица Запада так основательно наловчилась в этом деле, что любой мужчина после близости с ней заболевал. А чтобы достичь бессмертия, ей понадобилась энергия тысячи мужчин. Также и Желтый император обрел бессмертие, вобрав сексуальную энергию двухсот молодых женщин. Какой это путь – Света или тьмы, Добра или зла, Гипербореи или Атлантиды?

- Но, может, женщины сами хотели отдать свою энергию императору, продлить его молодость, - настаивала собеседница. – Может они его любили, может, он был нужен народу.

- Раз есть сам механизм передачи энергии, то возможно и такое, - согласилась Гюльчетай. - Есть легенда о буддийской и даосской святой Янь Чжоу, которая сама из сострадания предлагала себя мужчинам, и после близости с ней мужчины чувствовали себя, словно на небесах, и навсегда избавлялись от всех своих болезней и недугов. Но это, видимо, какая-то другая традиция. Что касается секты белых тигриц, я вижу, главным образом, обман и проявление эгоизма.

Весна. Послание.

Мартовское солнце не зря величают Ярилой. Ярые лучи придавили снега, выдавливая из них тяжелую воду, проспавшую всю долгую зиму. Капли влаги скатывались по крыше и заводили веселую озорную капель, полную надежды и предчувствия весны, зелени, радости и любви. Матрена с увлечением сбивала наплывшие сосульки снежками. Воробьи отчаянно чирикали и вытаскивали корки хлеба из собачьей чашки. И только охрана премьера не теряла бдительности, зорко осматривая не только окрестные поля, но даже небо.

- Демократия не обеспечивает наилучшего управления государством, даже наоборот она создает прекрасные условия для манипулирования обществом, - заявила Лариса. - Так называемые всеобщие прямые выборы всего лишь выборы из двух картинок на телеэкране. Никто из избирателей не знает, что на самом деле представляет из себя тот или иной кандидат. А кандидаты соревнуются в пустых обещаниях, имея конкретные обязательства только перед спонсорами своих избирательных компаний.

- Демократия не обеспечивает выбора во власть людей с человечным типом строя психики, - согласился Путин. – Она представляет жизнь государства как борьбу за свои интересы разных слоев общества. Групповой эгоизм представляют индивидуальные эгоисты…

Владимир Владимирович заметил, что Лариса отвлеклась. Она смотрела на весну за окном, на солнце, которое обещало всем тепло и счастье. И вдруг из ее глаз побежали непрошенные слезинки. Поначалу они не могли соперничать по интенсивности с капелью, но вода, раз промыв дорогу, вырывается на волю. И вскоре по щекам женщины бежали два полноценных ручья, отчего на душе премьера стало по-осеннему сыро и слякотно.

- Что с вами, Лариса? Вы вспомнили Ландауна?

- Я и не забывала ни секунды! Просто столько сразу всего навалилось – некогда было даже…

- Поплакать? – Путин достал носовой платок и подал Ларисе.

- Спасибо! Понимаете, мы же даже не знаем, где он и что с ним. Он даже письма нам написать не может.

- Он уже написал, - сказал Путин своим обычным спокойным и уверенным тоном.

Слезы вдруг прекратили бежать, и женщина с надеждой посмотрела на премьера.

- Вы что-то знаете? И где же это письмо?
- У меня.
Путин полез в карман, но Лариса остановила его:

- Погодите. – Она быстро защелкала кнопками телефона. – Гюльчетай! Ты там закончила?

- Да. Уже сворачивают аппаратуру.
- Бросай все, беги сюда! Они сами дорогу найдут!
- А что случилось?
- Есть вести от Ландауна!

Гюльчетай, по ощущению Ларисы, не прибежала, а телепортировалась. А, может, так оно и было? Лариса еще только выключала телефон, когда дверь распахнулась, и в кухню влетели Гюльчетай, Матрена, кот и мышонок. Последний, впрочем, сохранял благоразумие и двигался вдалеке от ног вдоль стенок. Поняв, что все в сборе, Путин вставил флешку в ноутбук и начал листать фотографии.

- Так. Это я с Бушем, это я с Каддафи, это я с женой, это… э-э… это неважно. Это мой лабрадор Кони. А, вот! Это космическая съемка тибетского плоскогорья. У меня эти снимки находятся уже два года.

На снимке сквозь облака была видна какая-то линия. Все напряженно вглядывались в нее, а Путин продолжал.

- Надпись сделана в каменной породе рвами шириной 100 м и длиной около 10 км. Глубина рва – 2 м. Вблизи он почти не заметен, зато с высоты.

Премьер сделал отъезд, и на каменистой поверхности стало возможно разобрать гигантскую надпись «ЛАНДАУН.» Лариса и Гюльчетай переглянулись.

- Что самое интересное в этой надписи?

- Точка! – сказала Гюльчетай. – Обычно граффити не содержит знаков препинания.

- Правильно! – подтвердил Путин. – Давайте покрупней рассмотрим точку.

В точке обнаружились сначала множество вертикальных полос, которые при более близком рассмотрении оказались состоящими из горизонтальных строчек. И, наконец, в строчках начали проступать буквы.

- Буквы имеют размер примерно с метр, местами приходилось откапывать их от завалов пыли, - продолжал комментировать Путин. - Западные ученые заявили, что надпись сделана на неизвестном языке, и прочитать ее в принципе невозможно. Но я легко разобрал, что там написано, и сейчас вы увидите, почему.

Путин вывел на экран самое начало надписи. Оно гласило:

«Дорогие Гюльчетай и Лариса! Детки мои Арнольд, Велимир и Матрена! Уважаемый Владимир Владимирович!

Пишу вам из далекой, точнее давно прошедшей, но удивительной страны Гипербореи. Только здесь она называется не Гиперборея, это так ее греки назвали, то есть назовут. А сейчас она зовется Русь, что означает «светлое место» или «место светлых людей». Есть и другое название – Ориана, по имени нашего общего предка Ория. Я вам потом о нем расскажу…»

Дальше шло гектара полтора разных слюнявых и сопливых признаний и воздыханий, а потом все-таки Ландаун перешел к делу…

 

Тайга простиралась, насколько хватало глаз, темно-зеленым волнующимся морем. Летающая тарелка неслась над ней беззвучно, убегая от полуденного солнца, отчего тень аппарата задорно бежала где-то впереди, словно приглашая – догони. Ландаун уверенно вел машину к столице Орианы-Гипербореи. Он закончил свой многолетний труд по составлению послания в будущее, и теперь спешил к своим учителям. Он сказал главное…

- А что вы хотите сказать своим потомкам? – спросил однажды Ландаун у Сварога. – У вас столько технических достижений. Вы воздвигаете горы и создаете моря, черпаете нескончаемую энергию вакуума и мгновенно достигаете других планет. В живом мире вы можете все – и приручить мамонта, и опуститься без акваланга на дно самого глубокого моря. О магии я и не говорю, потому что вашему слову подчиняются силы Вселенной. Чтобы это все только перечислить – не хватит ста лет и тысячи книг. Что в этом самое главное?

- Все технические, биологические и даже магические открытия человечество может сделать всегда при наличии некоторого упорства и старания. Если общество людей нацелено на развитие каждого человека, полное раскрытие его способностей, чтобы принести пользу окружающим и Вселенной в целом. Поэтому самое главное – это знания об общественном устройстве, о законах, по которым живет и  развивается человек и сообщества людей.

- И что это за законы?

- Они просты и очевидны, но зло сделает все, чтобы запутать людей и отвести глаза от очевидного. Правда в том, что управлять обществом должны лучшие люди – самые мудрые, добрые, деятельные.

- А как определить, кто мудрее? Кто это может определить?

- Разумеется, мудрость может определить только мудрый. Поэтому высшее сословие жрецов формируется жрецами. Чтобы войти в него, надо учиться жреческой премудрости и пройти посвящение. Посвящение – это испытание не только от людей, но и от Бога. Он выбирает жрецов. Так ведется испокон веков.

- То есть выборности у вас как таковой не предусмотрено?

- Как же не предусмотрено! Каждый член общества (глава семьи, хозяин) принимает участие в управлении, в общем собрании и обсуждении общих дел, в выборах царя или князя – предводителя в каком-либо деле. Князь в своих действиях подотчетен общине. Но и князь, и каждый общинник принимают верховную мудрость жрецов, советуются с ними во всяком деле. Их мудрость охватывает все сферы жизни – от рождения ребенка до космических полетов. Причем никакого имущественного или любого другого преимущества положение жреца не дает. Да материальные потребности жрецов вообще более, чем умеренные.

- То есть всего получается три сословия – хозяева-общинники, управленцы – князья и воины, и жрецы.

- Но это три высших сословия!
- Имеется еще и низшее?

- Высшие сословия – это люди, потомственно стремящиеся к общему благу, что закреплено их родовыми устоями и родовой честью. Хозяева заботятся о своем роде и хозяйстве, управленцы – о государстве в целом, жрецы – о согласии и развитии каждого человека, общества и планеты. Но есть люди, которые не стремятся к общему благу, а стремятся к личному богатству, известности, удовольствиям. Мы называем их шудры. Они занимаются торговлей, услугами, реже - ремеслом. У них те же возможности для образования, но в управлении общиной они участия принимать не могут. К художественному творчеству мы их не допускаем. Земля им принадлежать не может. Их не принимают в войско. И женщины из высших сословий никогда не выйдут замуж за мужчину из низшего сословия.

- Но это же неравенство!

- А равенство и не является нашей целью, наше цель - устойчивое развитие в преемственности поколений. Каждый может своей жизнью заслужить переход в высшие сословия, пройти посвящение. То есть система сословий задает вектор развития каждого члена общества. Направление, куда следует стремиться.

- Вот оно что!

- Но есть еще сорт людей, которые не могут быть членами общества вообще. Это половые извращенцы. Люди с садистскими наклонностями. Клеветники. Их перевоспитать нельзя. Их можно только изгнать из общества или убить…

 

Перелистывая страницы фотографий, премьер сгоряча вместо компьютерной мышки схватил примостившегося возле ноутбука мышонка Пупсика. Чтобы не вводить премьера в стресс, Пупсик окаменел. Хвостик он изогнул вверх, используя его как устройство Wi-Fi. В общем, глава правительства ничего не заметил, и все продолжали читать послание.

«Главное – воссоздать гармоничное устройство общества, в котором у каждого есть свое место, и каждому предоставлена возможность пройти свой путь, взаимодействуя с другими людьми и обществом в целом, - писал Ландаун. - Я хочу напомнить вам давно открытую нами истину. Любовь – это информационная зависимость во имя духовного развития. Человек любит тех и то, что постоянно питает его информацией о себе и зовет к развитию, к преодолению себя, к освоению высших типов строя психики. Если человек понимает, что Родина ждет от него подвига – воинского, трудового, творческого, что она предоставляет ему возможности для подвижничества и благодарна ему за его вклад в общее дело – тогда человек любит Родину беззаветно и готов сделать для нее все. Но тот, кто отказался от подвига во имя Родины, женщины или Любви, - тот со временем начинает их ненавидеть, становясь врагом своему народу, стране, семье. Конечно, ненавидит-то он себя, свою слабость, но выплескивает свое недовольство вовне. Таких людей надо исключить из участия в государственном управлении. И женщин надо предупреждать о них, потому что, связав свою судьбу с таким человеком, они будут несчастны. А любая женщина заслуживает счастья...»

- Как связаны те типы строя психики, которые мы определили, с сословиями древней Орианы-Гипербореи? – спросил Путин. – Возможно, жрецы – это Человечный тип строя психики, управленцы-цари – Особенный или демонический, общинники-хозяева – Правильный, биороботный. Но не совсем я принимаю это разделение.

- Все три высшие сословия древней Орианы составляли люди с человечным типом строя психики, - сказала Лариса. - Причем закрепленном в родовой традиции и доказанным во время обряда инициации-испытания. Все высшие сословия заботились об общем благе в меру своих возможностей. Образно говоря, мы здесь видим ступени в рамках одного лестничного пролета. Типы строя психики демон, биоробот и животное оставались за гранью высших сословий и могли принадлежать только шудрам. Их общественное положение не возбраняло им ставить личные интересы выше общих, но уж к управлению обществом их, разумеется, не допускали.

«Либералы, такие как Киссинджер, Новодворская и Немцов будут обманывать вас, - было написано в камне десятки тысяч лет назад, - и требовать демократии, всеобщих выборов. Но это только до времени. Когда к власти придут шудры – торговцы, эгоисты и лгуны без чести и совести, никакой демократии не будет, они будут отстаивать свою власть любыми способами, как Ельцин в 1993 году расстрелял парламент из танков. Деградацию общества можно остановить, только воссоздав древний сословный образ управления…»

- Понятно, почему светила науки объявили этот текст нечитающимся! – покачала головой Гюльчетай.

 «Война Атлантиды против своей альма матер - Гипербореи – не закончилась в древности, - продолжал Ландаун. – Вся известная нам история представляет несколько волн создания рабовладельческих государств Юга ради войны против общинных государств Севера. Весь этот процесс инициируется и управляется уцелевшими кланами темных жрецов Атлантиды. Они создают религии и учения, держат под контролем тайные общества и образовательные программы, они создали мировую финансовую систему, которая позволяет их ставленникам сконцентрировать в своих руках огромные средства для манипуляции СМИ и подкупа правительств. И против их темного влияния есть только два вида оружия – Правда и Честь…»

XXI век. Аттестат человеческой зрелости

- Но как его восстановить, этот древний сословный порядок? – вздохнул Путин. – Если я внесу такой законопроект в Думу, его не просто прокатят, как тот проект закона о Центробанке, что я внес в 2000-м. Против меня объединятся все – от мировой закулисы до наших же собственных мелких лавочников.

- А мы сделаем все незаметно. Мы используем против атлантов ими же созданные технологии! – воскликнула Лариса.

- И как это у нас получится? – спросил премьер.

- Предвыборная борьба предполагает соревнование кандидатов. Здесь значимы и их программы, и их личностные качества. И это хорошо. Плохо то, что никто кандидата лично не знает, а все видят только картинку на телеэкране, слышат речи, написанные политтехнологами или читают записи троллей – платных пропагандистов - в Интернет-блогах. А нам надо создать систему Аттестации всех людей на их тип строя психики…

- На человеческую зрелость! – подсказала Гюльчетай.

- Да. Выдавать Аттестат человеческой зрелости, - продолжала Лариса. – Сначала это будет как бы мода, такую аттестацию будут проходить добровольно…

- Как сертификацию продуктов питания! – воскликнул Путин, понимая, куда она клонит.

- А модным мы это сделаем… Как? – спросила Лариса.

- Я знаю! – сказала Гюльчетай. – Мы предложим женщинам, прежде чем выходить замуж, просить жениха предъявить аттестат человеческой зрелости. Чтобы доказать, насколько он на самом деле готов к семейной жизни. Чтобы быть уверенными в своем будущем.

- Тогда мужчины захотят, чтобы их невесты тоже прошли такую проверку, - сказал Путин. – Мужчина, если он не какой-то альфонс, тоже ждет от семьи стабильности и счастья.

- Вот и замечательно! – обрадовалась Лариса. – А потом предъявление такого аттестата станет преимуществом при приеме на работу. Причем, чем ответственней должность, тем выше требования к кандидату. И, наконец, кандидатов в депутаты, в губернаторы, кандидатов в президенты станут спрашивать – «А у вас есть Аттестат человеческой зрелости?» И если нет – то голосовать за такого кандидата никто не будет.

Путин рассмеялся:

- Как на тендерах на госзакупки мы собираемся ввести предварительный отсев по ряду критериев, чтобы отпали фирмы-однодневки, которые исчезают после получения аванса. Так же произойдет и с кандидатами на управленческие должности в государстве. Ну, девчонки! Ну, молодцы! Это же надо такое придумать!

Гюльчетай и Лариса сияли как начищенные медные самовары. «А они похожи!» - вдруг подумал премьер.

 

Ландаун догнал журавлиный клин и некоторое время летел рядом, любуясь на красоту полета этих мощных и гордых птиц. Потом его снова захватили воспоминания…

- В этой социальной системе ведущую роль играют жрецы. Собственно, они ее и создали, эту систему, – размышлял Ландаун под присмотром Рады. - Жрецы – это некий скрепляющий стержень всей системы, без которого все, безусловно, рассыплется. Но за счет чего существует сам стержень?

- Я сейчас скажу некоторые слова, которые ты не поймешь сразу. Но у тебя еще много времени впереди, - улыбнулась Рада. – Общность жречества существует за счет древней традиции. Традиции обновления. Обе части этой формулы – и традиционность, и обновление – образуют единое целое, которое выражает Творца. Он видим нам как традиция обновления.

Рада посмотрела на Ландауна, который напрягал извилины в стремлении если не понять, то хотя бы уложить в память полученную информацию.

- Также жречество отличается от других сословий тем, что оно является единым целым. Каждый жрец является как бы органом этого единого целого организма, его глазами и ушами, которые поставляют информацию коллективному разуму. И одновременно частью самого коллективного разума. И его устами, потому что жрец способен один говорить от имени всего сословия.

- Значит, выражение «один за всех и все за одного» придумали не мушкетеры? – удивился Ландаун.

- Конечно, нет! – сияя глазами, сказала Рада.
- Ты знаешь, кто такие мушкетеры?

- Теперь знаю. Ты очень ясно их представил! Особенно д´Артаньяна в исполнении Боярского.

- Вот это и есть пребывание единым организмом – когда каждая мысль любого человека как на ладони, - продолжал Ландаун. - Наверняка, обряд посвящения служил для открытия души человека всему жреческому сообществу. Но какую надо иметь чистоту помыслов, чтобы открыть их всем! – воскликнул ученик.

- К этому привыкаешь, а потом уже и не можешь без этого, – сказала Рада. – Без этого постоянного ощущения себя частью огромного целого, ощущения его мощи и Любви.

- Значит, мы можем не говорить с тобой, а общаться мысленно? – спросил Ландаун.

- Мы так всегда и общаемся. Понимание же приходит не от слов, а напрямую. Ведь иным людям можно говорить по многу раз, а они не поймут. А ты понимаешь.

- Действительно.

- Вот сейчас я подумаю для тебя одну вещь. Хотя поймешь ты ее не скоро.

«Любая община – это проявление Творца! Только благодаря Ему мы можем понимать друг друга, сочувствовать, быть вместе» – подумал вдруг Ландаун. И заметил, что думает каким-то другим голосом. Голосом Рады!

«Это твой голос?»
«Да, мой! Думай дальше!»

«А общность жрецов – это самая общая общность, самое большое взаимопроникновение, возможное на Земле. Это сам Творец!»

« Как так? Неужели это так может быть?» - споткнулся Ландаун.

«Отбрось сомнения! Думай дальше!» - потребовала Рада.

«Бог и есть сообщество душ! Наиболее развитых душ, которые в совокупности управляют планетой. Сохранив свою индивидуальность, они полностью поняли и приняли друг друга, а значит Творца. И вошли в его состав. И они остаются его частью, даже когда воплощаются в тело, обретают плоть. Вот тот стержень, который удерживает все человеческое общество!»

 

- Чтобы эта система начала работать, нам нужны кадры, - сказала Гюльчетай.

- Кадры решают все, как говорил Иосиф Виссарионович, - подтвердил премьер. – И уж во всяком случае, они будут решать, кого признать носителями человечного типа строя психики, а кого нет.

- Эти избранные люди должны, во-первых, сами пройти такую аттестацию, - продолжала Гюльчетай, - А, во-вторых, научиться ее проводить. Нужна тестовая система, допустим, реализованная на компьютере.

- У нас столько ученых в Академии наук – психологов, социологов, программистов, - сказал Путин. – Найдем, кому поручить.

- Кроме теста, конечно, должно учитываться мнение людей, которые хорошо знают испытуемого – его родственников, соседей, друзей, коллег по работе, - продолжала Гюльчетай. – Нужна характеристика его.

- Человека должны рекомендовать как минимум два человека, которые уже прошли аттестацию и достоверно имеют человечный тип строя психики! – предложила Лариса.

- Характеристики, рекомендации – так когда-то принимали в партию! – задумчиво сказал Путин.

- А что – толковый подход! Надо использовать наработки предшественников.

- И, наконец, человек должен пройти какое-то испытание! – продолжала Гюльчетай. – Совершить какое-то дело общественной значимости. Если он хозяин, то улучшить свое хозяйство, положение работников. Если студент – то помогать товарищам или, например, инвалидам.

- Это как при присвоении ученых званий защищают диссертацию! – сказала Лариса. – Только здесь в жизни все происходит, а не на бумаге. Человеку могут предложить что-то сделать, а могут учесть его прежние дела.

- Я почему-то уверен, - сказал Путин, - что и рекомендации при приеме в партию, и защита диссертаций – это остатки древней системы инициаций-посвящений, который мы и хотим воссоздать.

- Значит, мы на верном пути! – резюмировала Лариса.

Во время этого мозгового штурма обе женщины разрумянились, глаза их сияли, так что мышонок с котом дивились на них, открыв рты. И даже Матрена как-то притихла и перестала греметь кастрюльками в процессе приготовления ужина.

- В человеческом обществе никогда не обходится без ошибок, - вслух думала Гюльчетай. – Особенно на первых порах, пока система только складывается. Поэтому внутри сообщества людей с человечным типом строя психики должны быть предусмотрены механизмы лишения этого звания.

- За какие-то проступки суд чести может лишить человека звания. Например, если он солгал или проявил трусость в бою или в общественной жизни, не отстоял правду, не помог слабому.

- Да-да. Офицерский суд чести – это тоже остаток древней системы сословий, - размышлял Путин.

- И есть только одно «но» во всем нашем построении, - вздохнула Лариса.

- Какое? - посмотрели на нее Гюльчетай и Владимир Владимирович.

- А кто проведет аттестацию первых людей, кто достоверно определит, что у них устойчивый человечный тип строя психики?

- Для этого нужны настоящие жрецы! – печально сказала Гюльчетай. – Только где нам их взять? Похоже, вся наша конструкция повисает в воздухе.

- А жаль, так красиво все получилось! – опустила голову Лариса.

- Не представляю, где нам взять жрецов, - сказал Путин. - Но двух жриц я знаю.

- Познакомите? – воспрянули духом женщины.
- Это вы! – убежденно сказал премьер.
- Мы?

- Сами посудите! Вы взяли на себя ответственность за судьбу общества в целом, вы предложили для него новое устройство и стратегию по его внедрению. Наконец, вам верит народ, что показала сегодняшняя телепередача. К вам приходят за советом управленцы государственного уровня. Это я про себя так нескромно говорю. И потом – у вас такая команда, вы понимаете друг друга с полуслова. Кто же и может быть жрицами, как не вы!

Новоявленные жрицы уставились друг на друга, мышонок на кота, кот на мышонка, а Матрена – на кастрюлю с фасолью. Именно фасоль выглядела в этой компании самой невозмутимой и философски уравновешенной.

Третье тысячелетие. Нападение
 

Летательный аппарат Ландауна шел на бреющем полете. Это требовало постоянного участия в управлении и держало в напряжении, но Ландауну нравилось смотреть с высоты птичьего полета на мелькающие внизу рощи, дубравы и боры, иногда петлять вслед за извивами лесных речушек, нырять вниз за склонами холмов. И он не мог отказать себе в этом удовольствии.

Вдруг он заметил внизу группу волосатых рослых человекоподобных существ. В наше время их зовут йети, питекантропы, снежные люди, и они редко попадаются на глаза людям. Тогда же они жили на всей территории Евразии и Африки, не столько конкурируя с человеком, сколько досаждая ему своей примитивной агрессивностью. Удивило Ландауна то, что архантропы двигались не обычной для себя гурьбой, а упорядоченной цепью. Немного притормозив и настроив внутреннее видение, он понял, что упорядочивают движение архатропов несколько людей белой расы, но с темными косматыми волосами, одетых в звериные шкуры и поэтому сразу неотличимых от остального стада. «Изгои! – подумал Ландаун и не испытал по этому поводу особых эмоций. – Не хотели жить по-человечески, живите по-звериному».

Он уже собирался взмыть вверх и повернуть на север, но его взяло любопытство: «А кого же они загоняют?» Пролетев немного вперед, он увидел еще одну такую же цепь обезьянолюдей, а сделав вираж налево, наконец, увидел намеченную жертву. Это была русоволосая девушка, видимо, из тех родов колонистов, которые уже несколько тысячелетий продвигались на юг, осваивая новые территории. Они постоянно сталкивались с архантропами и научились быть осторожными, и особенно беречь своих женщин, которые были для обезъянолюдей особенно желанной добычей. «Как ты тут очутилась одна? Что, вообще, происходит? Как эти изгои нашли общий язык с йети? Почему йети приняли их руководство?»

Девушка бежала быстро, отрываясь от преследователей, да, наверно, и в рукопашной ее ловкость помогла бы ей устоять против одного-двух нелюдей, но их было слишком много, а впереди была излучина реки с крутым яром. Ее гнали туда, как загоняли стада зубров или лошадей. Варварский способ охоты, придуманный изгоями, при котором число погибших животных было неизмеримо больше, чем они могли съесть, пока мясо не испортится. Ландаун начал снижаться, чтобы помочь девушке, и в это время заметил третью цепь архантропов совсем близко.

- Черт возьми! – пробурчал Ландаун древнюю мантру, обращение к одной из творящих сил Вселенной, и резко бросил свою тарелку вниз, с грохотом и клубами пыли, разбрасывая рваную траву, приземлился саженях в 20 от девушки. Он откинул прозрачный купол и, выскочив на фюзеляж, крикнул девушке:

- Быстрей сюда!

И в то же мгновение из высокой травы на него обрушилось массивное тело йети. Выручил мышечный автоматизм, выработанный многолетними тренировками по орианской боевой системе, которую позже назовут казачьим спасом. Волной обогнув громаду нападавшего, Ландаун продлил его движение так, что тот кубарем покатился в траву. Краем глаза Ландаун успел заметить, что один из изгоев, поднимаясь из зарослей, целится в него из лука. Сорвалась с тетивы стрела, а ему не хватало доли мгновения, чтобы завершить движение и уклониться. Но стрела прошла мимо – светловолосая девушка с разбегу уронила Ландауна на землю. Они тут же вскочили, и пока изгой доставал из колчана вторую стрелу, Ландаун одним прыжком заскочил в кабину летательного аппарата, за руку втащил девушку и захлопнул купол. В тот же миг на купол обрушилось дубина архантропа, но она даже поцарапать не могла сверхпрочное стекло. Ландаун резко бросил тарелку вверх, стряхнув с нее нападавших.

- Что ж это они так осмелели? – спросил он то ли у себя, то ли у девушки.

А она удивленным движением стирала с лица кровь – стрела все-таки поцарапала ей щеку…

 

- Раз жрицы у нас уже есть, - продолжал Владимир Владимирович, - я делаю заявку на получение Аттестата человеческой зрелости. Если жрицы сочтут меня достойным.

Он опустился на одно колено и склонил голову.
- Э-э! – хотела было что-то сказать Лариса, но раздумала.

- М-м-м! – поддержала ее в этом Гюльчетай, но потом решилась и взяла со стола большой нож для резки хлеба. Она опустила нож на плечо премьер-министра и пояснила. – Как в рыцари посвящали мечом, вот и мы так же.

- Тоже мне, что ли, взять что-нибудь? – задумалась Лариса и, взяв со стола вилку, возложила ее на другое плечо премьера.

Путин иронически оглядел свои плечи и сказал:
- Почему-то я чувствую себя бифштексом!
Жрицы оценили шутку очаровательными улыбками.

- Ирония над собой – это один из признаков человечного типа строя психики, – отметила Гюльчетай. – Я рада, Владимир Влдимирович, что мы в вас не ошиблись!

А Лариса сказала:

- Нет, лучше я возьму ложку. Говорят, ложка упадет – придет женщина, нож упадет – мужчина. То есть нож и ложка – это целостность мужского и женского, как символ Инь-Ян.

- К тому же, это та самая ложка… - вздохнула Гюльчетай.
- Тем более.

- Владимир Владимирович Путин, - торжественно произнесла Гюльчетай. – Мы, жрицы Света и Радости…

- Света и Радости! – вторила ей Лариса.

- …признаем вас носителем человечного типа строя психики. Настоящим Человеком, который раньше заботится о благе общества, народа и планеты Земля, а потом о своем собственном. Пусть будет так навечно!

- Навечно! – подтвердила Лариса.
- Можете встать!

И когда Владимир Владимирович поднялся, обе женщины и Матрена обняли его и поздравили от души. Мышонок с котом пустились в пляс.

Гюльчетай добавила:

- Думаю, вам надо дать указание разработать бланк Аттестата человеческой зрелости со всеми степенями защиты, какие полагаются государственному документу. И Аттестат под номером №1 мы вручим вам.

Идиллию прервал вскрик антивируса с премьерского ноутбука.
- Что происходит? – всполошились женщины.

- Что-то очень таинственное и неприятное, - бормотал глава правительства. – Какой-то особый вирус. Он находит и уничтожает… все тексты, в которых есть слово «Ландаун» и хотя бы одно предложение из его послания. Он находит даже фото с посланием, распознает и уничтожает. Это невозможно, но это происходит.

Раздался звонок по мобильному.

- Слушаю, - бросил в трубку премьер, молча выслушал 30-секундный доклад и сказал. – Ничего не предпринимайте без моего приказа.

- Что случилось? – бросились к нему Гюльчетай и Лариса.

- Истребитель Пакистана с ядерным оружием на борту потерпел катастрофу… скажем так – потерпел катастрофу – точно над местностью, где записано послание Ландауна. Произошел ядерный взрыв.

- Они уничтожают папочкино послание! – воскликнула Матрена.

Путин сделал несколько быстрых звонков, но ответы подчиненных его не обрадовали. Подумав, он снова набрал номер:

- Люда! Твой компьютер включен? Жаль. Я объясню, когда приду, – он сбросил вызов и сказал. – Вирус уничтожил послание на всех компьютерах, где он хранился. Думаю, то же происходит по всему миру.

Он быстро набрал еще номер:

- Алло! Это я! Твой компьютер включен? Ничего не трогай, не включай. Я сейчас буду. Ты поняла? Ничего не трогай.

Лариса подтолкнула плечом Гюльчетай и прошептала:

- Мне показалось или не только у нас с тобой есть треугольные проблемы?

- Не знаю. А насколько это совместимо с человечным типом строя психики? – так же тихо спросила Гюльчетай.

- Вот как раз с человечным типом строя психики это и происходит. В кого же и влюбляться женщинам, как не в человеков, которые излучают любовь и свет.

- Или в демонов, которые мимикрируют под человеков.

- Или в биороботов, которых влюбленность вырывает из привычного типа строя психики и временно выбрасывает в человечность.

- Блин! Ну, почему все так сложно-то?! – воскликнула Гюльчетай.

- Сложно потому, что с ложью, - откликнулась Лариса.

- Нам придется как-то решить эту задачу, иначе женщины своей страстностью разорвут человечество. Одна Елена Троянская чего миру стоила!

- А мужчин с человечным типом строя психики необходимость лгать и изворачиваться опустит опять в демонизм.

Гюльчетай протерла запотевшее от жаркого шепота ухо и, как ни в чем не бывало, улыбнулась Владимиру Владимировичу, который уже отдал команду запускать моторы.

- Скоро увидимся! – обещал Путин женщинам, стремительно одеваясь. – И спасибо за все! – Он открыл дверь.

- Погоди! – сказала Лариса и по-матерински поцеловала премьера в лоб.

А Гюльчетай перекрестила его, а затем неожиданным круговым движением обернула крест в Сварожий знак:

- Счастливого пути!

Путин выбежал в дверь, за которой уже набирал силу гул лопастей вертолета.

 

Гюльчетай мыла посуду. Лариса протирала со стола. Пол решили не мыть, пока Путин в дороге.

- Суеверные жрицы! Обалдеть! – устало сказала Гюльчетай.

- Не суеверные, а понимающие глубину народных примет! – возразила Лариса.

- Согласна!
– Включим телевизор? Посмотрим твое выступление?
- Не стоит! – вздохнула Гюльчетай.
- Что случилось? – Лариса обняла подругу.
- Я поняла, что он не вернется!
- Почему?
- Ты видела эту надпись в горах? Видела, какой она длины?
- Видела. И что?
- Он должен был ее делать годы!

- Но, наверно, ему предоставили технику, - предположила Лариса. - Буры, фрезы, грейдеры.

- И все равно – это заняло годы. – посмотрела на нее Гюльчетай. – Десятки лет. Разве не так?

- Так, - неохотно согласилась Лариса.

- А ты заметила, какой плоской была местность, на которой находится надпись? – спросила Гюльчетай.

- Ты хочешь сказать, что он всю ее выровнял?! Да с этим сотню лет возиться надо!

- Вот ты все и поняла!

- Если он столько лет потратил на эту работу, значит, он вернуться не мог! – закончила мысль Лариса.

Мысль эта так сразила их, что сначала не было сил даже заплакать. И только когда они увидели, как слезы текут по щекам Матрены, то заревели уже все втроем с облегчением отчаяния.

 

Ландаун протянул девушке аптечку, и когда ей удалось остановить кровь, спросил:

- Как тебя зовут?
- Радмила!

Девушка была очень приятной наружности, глаза ее были добрыми, хотя все еще напуганными. Но, наверное, шрам на щеке останется. Хотя в Ориане есть целители, настоящие кудесники. Они помогут.

- Радмила! Спасибо, что спасла мне жизнь!
- Ты мне тоже!

Что-то в девушке казалось Ландауну знакомым, но он не мог понять что. Может, встречались в столице во время праздника?

- Что все-таки произошло? – спросил он.

- Они появились внезапно, их было много. Они были вооружены. А нас была небольшая промысловая команда. Мы искали дикий мед. Он целебный.

- И что было дальше? Кто-нибудь спасся?

- Я не знаю. Некоторых я видела, как убили. Другие пытались оказать сопротивление. Я была в стороне от группы и решила бежать. Обезьяны пытались меня схватить, я отбилась. Но там весь лес кишит обезьянами. Тут никогда их столько не было. Обычно они нас боялись, - закончила рассказ Радмила.

- Все не так, как обычно. И ничего не понятно.
Тарелка Ландауна все быстрее неслась на север.

- Что это? – испуганно спросила вдруг девушка и показала вперед.

В вышине неба разгоралось необычное сияние. Приглядевшись, Ландаун понял, что сияние возгоралось не само, а его словно поджигали многочисленные вспыхивающие точки. Сияние разгоралось все ярче и сполохи его уже соперничали со светом Солнца. Невдалеке показалась береговая линия океана, оставалось часа два лета, но Ландаун притормозил в недоумении. Чуть позже это спасло ему жизнь.

- Что, черт возьми, происходит?
-Смотри! – показала Радмила.

Ландаун взглянул в том направлении, куда она показала, и увидел на западе маленькие, светящиеся, поднимающиеся от земли грибовидные облака. Издалека они казались почти игрушечными, но на самом деле это были гигантские яростные, несущие смерть огнедышащие чудовища. Внезапно вспышка света ударила в глаза прямо по курсу. Огромный гриб вспух прямо на глазах и закрыл собой полнеба. Заложив невероятный вираж, Ландаун бросил свой летательный аппарат вниз к реке, чтобы еще быстрей набрать скорость и уйти от ударной волны. Излучение жгло сзади, это чувствовалось даже в салоне, а материал тарелки уже начинал дымиться. Ударная волна настигла их уже на излете, но ее мощности все равно хватило, чтобы увлечь тарелку, как  горный поток увлекает щепку. Машину бросало из стороны в сторону, и Ландауну каким-то чудом удалось ее выровнять. С веером брызг тарелка заскользила по речной поверхности и выскочила на берег.

Они выбрались из тарелки перевести дух и унять дрожь в коленях. И вдруг услышали высокий женский голос:

- Хорошо, что вы не разбились!

Рядом с березой, сломанной ударной волной, стояла высокая женщина в одежде из рыжей леопардовой шкуры с луком и стрелами. Она деловито отправилась к тарелке и залезла внутрь:

- Поехали-поехали! Здесь нельзя долго оставаться! Радиация, блин!

Ландаун с Радмилой быстро забрались в машину. Слава Богу, все было в порядке. Тарелка взмыла в небо.

- И куда же нам теперь лететь? – спросил Ландаун.

- Откуда я знаю? – ответила воительница, - Ты решай, это же твоя машина! Главное - подальше отсюда.

Ландаун взял курс на юг, постепенно машина выбралась из зоны, пораженной ударом, но спускаться было бы неосторожно, поскольку в лесу могли быть архантропы. Ландаун искоса взглянул на воительницу. Волосы ее были рыжими под стать ее одеянию, а черты лица правильными и красивыми, но какими-то дерзкими. Оказалось, что зовут ее Диана.

- Ты из изгоев? – спросил ее Ландаун.

- А что, боишься? – сверкнула улыбкой женщина. – Не бойся. Я просто дура, которой нравилось побыть одной. И лук у меня не для охоты, так – отпугнуть непрошенных гостей.

- Зверей?
- Иногда и зверей, - помрачнела воительница.

«Ты хотел узнать, как все началось!» - услышал Ландаун голос внутри себя.

«Это Лариса и Гюльчетай?!» - воскликнул он молча.
« А разве ты их не узнаешь?»

Ландаун вгляделся в своих спутниц, ища знакомые черты. Он то находил их, то снова терял. Больше всего они проявлялись в движении, в пластике, в повороте головы, в брошенном взгляде. Тарелка накренилась и опасно потянулась к земле.

- Смотри на дорогу! – привела его в чувство Диана. - Что ты на меня уставился?

- Показалось, что видел когда-то. Или увижу.

- Бредит! – повернулась Диана к Радмиле. – Может, ты поведешь эту штуку, а то он, похоже, не в себе?

Радмила покачала головой. Вдалеке поднимались синие горы, где Ландаун провел много лет, готовя свое послание. Где его учили люди-боги Орианы-Гипербореи. Где у него был небольшой запас провизии, одежды и инструментов, маленький огород и книги. Много лет он провел здесь. Но теперь все изменилось. Теперь он мог надеяться только на самого себя.

 

Михалыч возник, как всегда неслышно, будто из ниоткуда. Матрена и обе женщины так и уснули, склонив головы на стол. У них не было сил разойтись и остаться наедине со своим горем, не было сил говорить. Так их и сморила усталость этого большого трудного дня. Михалыч движением руки поднял их в воздух и осторожно разнес по кроватям, укрыл и сотворил в воздухе какой-то оберегающий знак. Прикрыл дверь, погладил Диогена и отправился к себе. Когда он вошел в темную комнату, его встретил шепот:

- Ну как, все разошлись?

- Я же тебе сказал, сидеть в подполе! – рассердился Михалыч. – Служба безопасности только что улетела.

- Да я тихонько. Ты же меня прикрыл магией. Сюда бы они не сунулись, - засмеялся голос из темноты.

- Думаешь, у них магов нет? Учишь тебя, учишь.

- Извини!

- Ладно, пойдем! Займемся делом!

 

Окончание следует

Читайте – Ландаун навсегда! Часть 3.  Жизнь продолжается!
 


 

В издательстве "Ридеро" выпустил двумя томами "Жизнь и смех вольного философа Ландауна". Теперь книги можно приобрести как в электронном, так и в бумажном (подарочном) вариантах.

    


В этой книге вы не найдете шуток ниже пояса, потому что самое смешное, как и самое трагичное, у людей находится в голове. "Смех - это внутренняя свобода", - сказано в мудрой книжке нашего детства. Именно это изречение древних ведет по жизни вольного философа Ландауна. Я надеюсь, что и вас тоже.
 
Приглашаю посетить сайт книги (том 1том 2), где можно посмотреть видео, ей посвященное, прочитать отзывы и фрагменты книги. Если понравится, то приобрести и порекомендовать друзьям.



Читайте из этой серии
 

Рассылка про Ландауна

Подписаться на рассылку "Жизнь и смех вольного философа Ландауна" на content.mail.ru.
Mail.Ru



Тартария_3


Добродеи

Творческая мастерская возрождения народных традиций "Добродеи" (г. Казань)
www.dobrodei.ru








treka


Рассылка сайта Тартария.Ру

Подписаться на рассылку
"Новости сайта Тартария.Ру"


Если Вам понравился сайт

и Вы хотите его поддержать, Вы можете поставить наш баннер к себе на сайт. HTML-код баннера: