Философско-художественный роман с элементами мистики и физики.

Глава 14. Науки юношей питают.

Для их любви настали черные дни. Они никак не могли объясниться. Мешала то гордость, то глупость, то еще какие-нибудь обстоятельства. Коля совсем было стал чахнуть, но вмешались судьба. Той весной к ним на факультет с лекциями по астрофизике приехал из МГУ Алексей Фридман, замечательный ученый с увлекательной манерой излагать сложные научные факты. Николай начал ходить на эти лекции. Новые научные горизонты, тайны космоса, загадочные кольца планет-гигантов – все это всерьез втянуло студента-физика. Ему было неуютно на этой земле, и сознание потянуло его в космические пространства. Его воображение рисовало каких-то неведомых существ, живущих на спутниках Юпитера, или Сатурна, целые цивилизации, где царит гармония, где нет места нелепым случайностям, приводящим порой к трагедиям. Он перекинулся в своем чтении на астрофизическую литературу и фантастику.  Аккреция  газа на черные дыры, гигантские джеты, протянувшиеся на миллионы километров – у Фридмана была замечательная коллекция слайдов, полученных на самых совершенных, на тот момент, телескопах планеты. Чувства Николая теперь направились на вселенную. И хоть она рисовалась профессиональным ученым холодной, безжизненной, темной, но для Николая она почему-то становилась живой, теплой, уютной, дающей начало жизни всему, что в ней есть, всем галактикам, звездам, цивилизациям. И ему тогда, вопреки официальной научной токе зрения, почему-то казалось, что во вселенной должно быть много других цивилизаций. Наши «братья по разуму»  следят за нами не с враждебностью, а с любовью, и даже вступают с нами в контакт, вот только мы этого контакта не понимаем, так еще неразвиты. Коля перенес свое чувство нежности к Глаше, так и нереализованное, нерастраченное на Вселенную и даже снова написал стихотворение:

 

Иногда я выхожу под небо

И, откинув голову назад,

К звездам, где никто на свете не был

Поднимаю жадные глаза.

 

Пусть кого-то темнота пугает,

Мрачное безмолвие небес...

Для меня Вселенная - живая

И полна загадочных чудес.

 

Если повезет и слуха хватит,

то услышу не шутя - всерьез:

Как на пыльных жерновах галактик

Хрустко лопают крупинки звезд.

 

Как, рождая новые планеты,

Охает Вселенная в поту.

Как с гуденьем носятся кометы,

Властно разгоняя темноту.

 

Верю, что она любвеобильна -

Много нас и братьев, и сестер!

Глупые случайности бессильны

Жизни погасить живой костер.

 

И от звезд глаза не отрывая,

Я на небо с нежностью смотрю...

Для меня Вселенная - живая,

С Нею до рассвета говорю! 

 

Он поделился этих стихом с Юрой. Тот одобрил. Главное для Юры было то, что друг, после их размолвки с Глашей, снова оживает, что у него появился блеск в глазах.

- Вижу, здорово Фридман тебя увлек своей астрофизикой!

- Ты знаешь, он отличный мужик. Он так знает эту тему. Вот большинство преподавателей читают лекции, как я называю, по «законченным», «мертвым» знаниям. Там нет места сомнениям, поиску – там все определено, доказано и установлено. А вот у него через каждый абзац – гипотеза. Он пересказывает нам гипотезы ученых, которые уже опровергнуты. Спрашивается – зачем? Он сам ответил так. Когда вы изучаете только то, что уже хорошо доказано, установлено, обосновано, то в вашем воображении нет того конфликта, который в свое время привел к этим знаниям. Так никогда не возможно стать настоящим исследователем. Читайте разную литературу, в том числе ту, где содержатся какие-нибудь напрочь похороненные гипотезы, иногда логика авторов, приведшая к этим гипотезам, может вам понадобиться при совершенно других обстоятельствах! Я, знаешь, в этом убедился. Стал читать, появились вопросы. Я их ему чуть ли ни после каждой лекции задаю. И, знаешь, Юрок! Он сделал мне предложение – перебраться в МГУ в его целевую группу по астрофизике, а потом, посмотрим, говорит, может, и в аспирантуру ко мне пойдете! Прикинь!

- А как же Глаша?!

- А что Глаша? Она со мной теперь не разговаривает и не заговорит никогда, так она через подружек передала. Я и так и сяк пытаюсь объясниться. Надоело мне все это, Юра!

- Ну, может еще все наладится, ведь это же глупая случайность!

- Поди, ей объясни!

- А что?! Давай я с ней по пробую поговорить! Я ведь тоже не хочу, чтобы ты уезжал. Мне кажется, у нас такой философско-физический тандем сложился? Или я не прав?

- Сложился, Юрок, только вот болит у меня здесь каждый день, каждую ночь. Спасу нет. Все думаю о ней. Не знаю, как ее из сердца избыть. А так, говорят, с глаз долой – из сердца вон.

- Ну, рано ты сдаешься!

- Слушай, а может… вот говорят, иногда нужно пожить врозь. Разлука лечит любовь!

- Признайся честно, тебя это предложение Фридмана увлекло. Как же, Москва, МГУ..! Кому не захочется. Там такие перспективы роста…

- Да не в этом дело. Мне кажется, что я встретил такого человека в науке, который меня понимает с полуслова, а я – его! Понимаешь?!

- Ну, так – глядя на горящие глаза Николая, Юра невольно согласился.

- Мне кажется, что впереди нас с ним ждет интересная совместная работа, открытия, понимаешь? Во мне какая-то струна запела, когда я с ним стал общаться. А Глаша… Глашу я потом заберу в Москву. Грезиться мне, что когда я стану известным ученым, она свои обиды забудет…

- Знаешь, Глаша не такая, чтобы покупаться на всякий там успех, блеск и внешнюю мишуру. У нас в Колмогорском люди не такие, другого калибра.

- Да, хватит тебе все придумывать про свое Колмогорское, все-то  там у тебя, понимаешь, не такое! – с раздражением произнес Коля.

- Не придумываю я… – с некой обидой в голосе сказал Юра. – Я, правда, считаю наше село особенным.

- Ну, каждый считает свою малую родину особенной!

- Ой, не скажи, я часто от своих сокурсников слышу, что их село – дыра, или «какой задрипанный у нас городишко»!

- Ну, молодец, что ты у нас такой патриот! – друзья стали переходить уже на повышенные тона. – А с Глашей говорить не надо. Я уже все решил: закончу курс, заберу документы и махну к Фридману.

Юра стоял насупившись. Ему не хотелось глядеть в глаза другу. Он внутри так боялся потерять этого товарища, который научил его подходить к устоявшимся научным истинам творчески, с которым у них возникла какая-то внутренняя связь. В некоторой степени в их тандеме Юра чувствовал Николая как старшего брата. Самые непростые вопросы, в том числе и в личной жизни, он мог  обсуждать только с ним. Честность, прямота, смелость Николая его восхищала, он сам рядом с ним стал решительнее, мужественнее, самостоятельнее. Но теперь, похоже, все заканчивалось. Он действительно понимал, что Николай сделал свой выбор. Как с этим быть. В тот вечер он ушел от Николая, сухо попрощавшись.

Он целый вечер бродил один по темным улицам. Смятение овладело им. Весна не радовала, пряные запахи цветущих яблонь на широких улицах Казани, смеющиеся, пробегавшие мимо девушки, вечерние огни города, звезды на небесах… - ничто не привлекало его внимания. Он предчувствовал расставание, тяжелое для него расставание с лучшим другом, который только был у него в жизни.

- Ладно, что я горюю? Ведь горюю я о себе. А может ему действительно предстоит с этим Фридманом сделать большие открытия? Для чего мы пошли в университет?! Чему мы готовы посвятить жизнь? Неужели из-за неудачи в любви бросать все коту под хвост? Это его путь, его призвание. А с Глашей.., может он и прав, может женщины реагируют на успех мужчины иначе… Вот Леночка… Если бы я стал доктором наук, известным ученым, может с тем типом она бы путаться и не стала? А в прочем, о Леночке – все…  Забыли раз и навсегда!

В конце концов так все и случилось. Предчувствия Николая и Юры про сотрудничество с Фридманом, про открытия и научную карьеру – все сложилось так, как подсказывал им внутренний голос. Николай уехал в Москву, сделал под руководством Фридмана выдающиеся открытия в области астрофизики, построил удачную научную карьеру… С Глашей, правда, вышло иначе. Она вернулась после окончания университета домой, в родное село. Стала, как и мечтала, учителем истории в местной школе. Выдали ее замуж за молодого старовера Гаврилу Колоскова. Мужчина он был хозяйственный, добрый, но строгий муж. Она родила от Гаврилы двоих детей: мальчика и девочку.

Николай до поры не женился, все мечтал, сделав карьеру, навестить Глашу и сделать ей предложение. Но когда Юра сообщил, что Глаша вышла замуж – Николай понял, это теперь дело безнадежное! А тут как раз начались перестроечные времена. Николай получил хорошее предложение из Америки, и ничуть не жалея, переехал туда на ПМЖ.

Юра написал блестящую кандидатскую по философии, но в те же окаянные 90-тые никому не стало дела до науки, тем более такой далекой от прикладных проблем, как философия. Сначала Юра преподавал какое-то время, но потом от безденежья и безнадеги решил заняться бизнесом. У него пошло, тем более, что бизнес был не очень далеким от его научного образования – это был книжный бизнес. Он даже завел издательство, которое было успешным несколько лет. Стал известным не только в России, но и в Европе в области книгоиздания. Пытался немного организовывать философские клубы вокруг некоторых книг. В общем, тоже как мог все же служил науке.

На время мы оставим наших героев, которым, как вы верно понимаете еще предстоит встреча.

Скачать электронную книгу в форматах epub, fb2, pdf



Читайте из этой серии
 










Профсоюз Добрых Сказочников





Книги Валерия Мирошникова История успеха руководителя, который все доверенные ему предприятия вывел из отсталых в передовые.
Сайт книги


Рассылка сайта Тартария.Ру

Подписаться на рассылку
"Новости сайта Тартария.Ру"


Если Вам понравился сайт

и Вы хотите его поддержать, Вы можете поставить наш баннер к себе на сайт. HTML-код баннера: