Философско-художественный роман с элементами мистики и физики.

Глава 26. Консилиум 3.

Несколько дней Михеич не приглашал всю группу к себе в библиотеку, а общался только с Николаем. Тот практически с раннего утра и допоздна засиживался  в читальном зале и кабинете Михеича, читал какие-то книги, «подсунутые» ему Михеичем. Они о чем-то горячо спорили. Даже с Глашей Николай виделся только поздними вечерами.

- Если не секрет, о чем вы там со Степаном Михеичем все толкуете? – Глаша, не выдержав  «стены секретности», прямо спросила у Николая.

- Да, не секрет, конечно! Мы хотим разгадать эту шараду  - как именно внешний, то есть научный опыт перекликается с внутренним. Какие категории науки соответствуют вот этим воле-сознанию- чувственности?!

- Получается что-нибудь?

- Да, вырисовывается очень интересная картина! И, понимаешь, многое для меня в науке начинает обретать новый смысл.

- А можно подробнее?

- Знаешь, мы обязательно изложим результаты наших исследований всему нашему «консилиуму», но попозже. Хорошо?

- Ну, ладно. Коли все так секретно!

- Не секретно, а просто пока несколько расплывчато и туманно.

На следующий день Михеич пригласил весь консилиум встретиться в библиотеке. В начале он объявил, что поскольку разговор предвидится, возможно, важным, то для того чтобы он не остался втуне, Степан Михеич решил записать его и вооружился диктофоном.

- Никто не возражает? А то наши разговоры утекают, как вода сквозь песок.

Вроде никто не возражал.

- А потом я сделаю текстовую обработку результатов нашего разговора. Дам всем почитать, каждый будет вправе внести свои поправки в текст. В общем, все по взаимному согласию сторон! – Михеич улыбнулся, обвел всех добродушным и вдохновляющим взглядом. Все закивали в знак согласия.

Мировая Воля и разговор ни о чем.

- Не подумайте чего-то лишнего, что я, например, просто хочу поиздеваться над вами, но я предлагаю начать разговор о том «что такое ничего» или «ни о чем». Вот Николай, как специалист, говорит, что физике важнейшим понятием является понятие «физический вакуум». Происходит это понятие от латинского слова «пустота». Можно назвать это «ничем». Т.е. пустота – это ничего. Как ни странно – это логически очень непростое понятие. Во второй книге Маккавейской в главе 7 стих 28 сказано (Михеич взял Библию, открыл там, где была закладка и процитировал):

«Посмотри на небо и землю и, видя всё, что на них, познай, что всё сотворил Бог из ничего» (2Мак. 7:28).  (Сразу скажу, что книга неканоническая, некоторыми христианскими конфессиями не принимаемая… сомнительная)  Таким образом, для богословия вопрос был, вроде бы снят. Однако это не так. Многие серьезные мыслители задавались вопросом о том, что же это за «ничего» или «пустота», из которой Бог творит все? Или эта некая субстанция, отличная от Бога, или это часть самого Бога или еще нечто. Например, Николай Лосский писал: сотворение мира из ничего «…подводит нас к тайне столь же бездонной, как и тайна бытия Божественного», поскольку, «чтобы допустить вне Бога и рядом с Ним что–то другое и от Него отличное, какой–то совершенно новый сюжет, также необходим «бросок» нашей веры». А у Сергея Булгакова в его работе «Свет невечерний» есть целая глава, которая так и называется «Божественное Ничто». Само название заставляет задуматься о том, что, видимо, есть и не божественное, а «простое» ничто. И у нас уже умножаются сущности. Сколько всяких «ничто» еще можно придумать! Много есть прекрасных рассуждений об этом самом «ничто», из которого Бог сотворил мир. Но вот ведь вопрос, где истина?! Тут я предлагаю такой критерий истины: поскольку мы все время ведем речь о так называемом «цельном знании», в  терминах Вл. Соловьева, то понимание основных терминов, толкование фундаментальных понятий должно быть непротиворечивым не только для богословия и философии, но и для науки. Поэтому я хотел бы, чтобы Николай просветил нас по поводу того, как на понятие «вакуум» смотрит современная наука с тем, чтобы потом это не противоречило науке в нашей общей системе категорий, а было с ее категорийным аппаратом согласовано.

Михеич пригласил Николая на середину кабинета. Николай встал возле доски и начал:

- Понятие «пустота» логически непростое, как верно заметил, Степан Михеич. Если брать и пытаться осмыслить его абсолютно, то выйдет абсурд. Есть это самое «ничто» само по себе или нет, мы не можем сказать, так как по его определению мы не можем само по себе «абсолютное ничто» ни наблюдать, ни исследовать, ни даже мыслить о нем. Его же нет! А как же тогда появляется понятие «ничто» в нашем уме? Сначала относительное, конкретное понятие «ничто» появляется как отсутствие чего-либо конкретного. Например, дырка в ткани. Вокруг ткань есть, а здесь ее нет – пустота, ничто, но это конкретное ничто – отсутствие именно ткани. Т.е. понятие «ничто» требует своего обрамления, как нужна рамка для «Черного квадрата» Малевича. Без рамки – это просто темнота, чернота – это не картина, не художественный «шедевр». Если же пытаться выйти на максимальное обобщение понятия «пустота», т.е. если попытаться вообразить её самую по себе, без чего-либо дополнительного, то мы выйдем на абсурд. 

- В некоторых течениях философии буддизма именно и пытаются абсолютизировать понятие «пустоты», заменив им само понятие о Боге. У них, к сожалению, пустота не только начало всего, как в иудео-христианском богословии, но и конец всего. «Квадрат Малевича» им в руки – с улыбкой произнес Михеич.

- Да, я читала у Пелевина роман «Чапаев и Пустота». По-моему, штука талантливая, но такая же противоречивая и безысходная, как и само понятие «абсолютной пустоты». – Глаша добавила свою реплику в разговор.

- В физике долгое время как-то не задумывались об этом понятии, как и понятиях «пространства» и «времени». Наверно потому, что физики «философствовать» начинают только когда «припрет», т.е. только тогда, когда философская неопределенность препятствует дальнейшим физическим исследованиям. С появлением квантовой механики таких философских неопределенностей накопилось немало. Первое революционное представление о вакууме ввел в физику Поль Дирак. Вот ведь интереснейший был мыслитель! Он открыл уравнение, которое описывало поведение электрона в «релятивистском» случае, это когда скорости движения близки к световым. Из решения этого уравнения следовало существование свободных электронов с «отрицательной» энергией или положительным зарядом. Любой «трезвомыслящий» физик просто откинул бы это решение, как нефизичное и все! Поясню. Математика старается найти все(!) решениях каких-либо уравнений – это ее цель. Ей не важно, как эти решения соотносятся  реальностью, на то она и математика. Но бывают решения, которые противоречат наблюдаемой действительности, т.е., как говорят, «нефизичные». Их принято просто отбрасывать, как шлак, который неизменно образуется при плавке руды. Ну, и физики к этому относились нормально. А вот Дирак уперся! Заявил, что все решения его уравнения должны соответствовать  физической реальности. Если же не соответствуют, то значит, мы еще что-то не открыли в этой физической реальности. И стал выдумывать такую модель, в которой его решения полностью соответствуют реальности. Ему пришлось придумать модель вакуума! Только вообразите, модель пустоты! Модель того, чего нет!

- Это что, серьезный «дяденька» занимался такой ерундой!? – Глафира невольно воскликнула.

- Да вот из этой «ерунды» получилось много важного и интересного. Квантовая механика стала для физиков, а затем и для многих других людей науки своеобразным «кредо ад абсурдум»! Верую, ибо абсурдно! Однажды даже, говорят, был такой случай. Один молодой физик принес какую-то работу Нильсу Бору на рассмотрение. Бор прочел ее и сказал следующую фразу: «Мне кажется, что ваши идеи неверны ибо, они не слишком безумны!». Но вернусь к Дираку. Что же придумал этот тогда еще молодой «безумец»? Он рассуждал так, с точки зрения физики «ничто» это вовсе не обязательно отсутствие  чего-либо вообще, а это может быть то, что есть, но мы не можем его наблюдать ни при каких обстоятельствах. Т.е. она, эта «пустота» есть, но для нас неуловима. Понятно я излагаю?

Окружающие закивали головами.

- Далее вам придется кое-что принять на веру, т.к. это истины, известные в основном только физикам. Я постараюсь изложить попроще. Есть такой «принцип запрета Паули».

- Этот Паули что-то запретил?! – Глафира опять напряглась.

- Нет, это природа запретила, а Паули только сформулировал, что она запретила.  Таким частицам, как электрон (их называют фермионами) запрещено находится в одном и том же состоянии в тесных квантовых системах. Из-за этого, кстати, электроны в атоме располагаются по разным слоям, а не кучкуются все в одном слое. При наблюдении чего-либо происходит обязательно взаимодействие наблюдаемого и наблюдателя. При этом излучатся или поглощается фотон, с помощью которого мы и наблюдаем объект. Для излучения или поглощения фотона электрону нужно перейти с одного уровня на другой, но, и вот тут самое важно(!), если все(!) уровни в какой-то системе «забиты» другими электронами и ему переходить некуда, природа запрещает, то мы его не увидим никогда!!! Так как он ничего не может излучить или поглотить. И вот (та-дам!) Дирак предлагает, что вакуум не пустота, а полностью забитый электронами объект, все состояния заняты, переходить им там некуда, и поэтому мы его наблюдать не можем! А не потому, что его нету! По-моему, гениально! Куда там «черному квадрату»! Вакуум это не пустота, а наоборот такая полнота, что дальше некуда. Там есть еще детали про отрицательные и положительные  энергии и барьер между ними, но это уже сложнее. Я вам только самую суть передал.

Николай сделал паузу. Обвел присутствующих изучающим взглядом. Он понял, что они должны это «переварить». Михеич тоже заметил это:

- Может, сделаем паузу, попьем чайку?

- Пожалуй, - согласился отец Пахомий.

Когда чай был разлит по чашкам, и все приложились к ароматному напитку, Николай продолжил разговор о Дираке.

- Вы понимаете, что не только для вас, но и для физиков того времени эти идеи действительно были «безумны», но поскольку Дирак уже имел серьёзный научный авторитет, то над ним посмеивались аккуратненько. Хотя все же посмеивались. Чувство юмора у физиков всегда было на высоте.

- Да, помню, с удовольствием читал сборник «Физики шутят» - подхватил Юра.

- Так вот, смеялись недолго. Через пару лет, после появления «безумных» идей Дирака был открыт позитрон – частица с такими же характеристиками, как у электрона, но положительным зарядом. Предположение Дирака блестяще подтвердилось! Кроме того стало ясно, что у всех частиц в природе должны существовать античастицы – двойники антиподы. Эта новая симметрия природы была открыта благодаря уравнению Дирака и его упрямству.

- Да, про античастицы очень интересно – вступила в разговор Глаифра. Я слышала еще про антиматерию и антимиры. Это как-то с адом связано?

- Думаю, что никак! – усмехнулся Николай.

- А как сейчас физики понимают «вакуум» - спросил отец Пахомий – неужели все так же, как предложил этот самый… этот Ваш…

- Дирак.

- Да.

- Сейчас модель вакуума несколько иная, но, главное, в отличие от спекулятивной картины Дирака, очень хорошо подтвержденная фактически.

- И как же сейчас физики представляют это «ничто»? – Глаша, чуть смущаясь, поглядела на Николая.

- Прежде, чем я попытаюсь вам это объяснить я попрошу у Степана Михеича для наглядности обычную банку с плотной крышкой – Михеич кивнул головой и пошел на кухню. - И водички туда налейте! - прокричал вслед Михеичу Николай.

Банка скоро была доставлена. Она была примерно наполовину наполнена водой.

- Закройте ее крышкой, плотно! Хорошо. Сейчас простой вопрос: вода в банке испаряется?

- Нет! Ей же крышка испаряться мешает – сказала Глаша.

- Ну, да. Длительные наблюдения за водой, ее уровнем в банке, вроде бы позволяют сказать, что вода не испаряется, так как ее уровень не меняется (это, правда, при постоянной температуре). Однако кто запретит молекулам воды вылетать из нее и переходить в пар?

Все пожали плечами. О молекулах они как-то не задумывались. Николай нарисовал на доске банку, молекулы воды в ней плотненько так внизу, а молекулы пара реденько сверху. Стрелками показал, как молекулы воды переходят вверх в пар, а молекулы пара вниз – в воду, и сам ответил на этот вопрос:

 

- Никто! Молекулы движутся хаотически. Они испаряются. Но никто не запретит им переходить обратно в воду – это называется конденсацией. Так вот в банке с водой идут два взаимно обратных процесса: испарение и конденсация. Но если они уравновешены, то есть примерно столько же молекул покидает жидкость, сколько и возвращается, то мы ничего этого не заметим. Эти процессы маскируют друг друга. Но если нарушить это равновесие, эту симметрию прямого и обратного, то мы увидим, что процессы-то существуют (по крайней мере, один из них). Стоит открыть банку, как испарение начнет превышать конденсацию. Это еще один пример, когда нам кажется, что чего-то нет, но это только видимость, просто точная симметрия прямого и обратного хорошо маскирует процессы и не дает их нам наблюдать. Или, например, мы видим неподвижный предмет, но молекулы-то в нем движутся! Просто, сколько движется в одну сторону, столько же, примерно, и в противоположную. Т.е. два движения маскируют друг друга. Движение есть, но мы его не видим.

- Ты видишь суслика? – Нет! – А он есть! – Юра вспомнил одну популярную шутку из телесериала.

- Ну, да, что-то в этом роде – улыбнулся Николай. –Так вот, есть еще одно интересное следствие из симметрии частиц и античастиц – они могут аннигилировать. Т.е. именно такой паре законы сохранений всяких там зарядов не запрещают исчезать при слиянии, превращаясь в обычную пару фотонов, т.е. просто в энергию.

- Это переход массы в энергию еще Эйнштейн открыл до всякой квантовой механики -  проявил осведомленность Юра – Знаменитая формула Е = mc2. Юра подошел к доске и записал формулу. - -- Но поскольку всяким прямым процессам соответствуют обратные, то наоборот – фотон (энергия) может превращаться обратно в пару частица- античастица, энергия может превратиться в массу.

- Ну, это все более-менее хорошо известно не только вам, физикам, но и любому образованному человеку со школы – заметил Юра.

- Ну, Юра, не скажи! Я вот это все не знала, а может, знала и забыла? А Вы, отец Пахомий?

Отец Пахомий согласно кивнул головой.

- Так что пусть Коля рассказывает.

- Да, но придется еще добавить некоторые разъяснения, ибо без них, увы, полной картины представления о вакууме в современной физике не получится. Но, думаю, вам будет интересно, так как речь пойдет об еще одном принципе познания, который был открыт в современной физике, точнее еще об одном ограничении в нашей возможности познания природы – это «принцип неопределенности» Гейзенберга.

- Как у вас в физике все загадочно: принцип запрета, принцип неопределенности…

- Принцип дополнительности – подхватил Николай – а еще цвета и ароматы кварков: странность, очарованность, истинность…

Глафира только замотала головой от удивления.

- Так вот принцип неопределенности Гейзенберга говорит о том, что есть предел в точности одновременного определения таких пар параметров квантовых частиц как: координата и импульс или время и энергия. Согласно этому принципу на очень короткое время закон сохранения энергии может как бы нарушаться в микромасштабе (это «как бы» потому, что на самом деле он в макромасштабе не нарушается). На оче-еень короткое время энергия может появляться, как бы из ниоткуда, а, значит, может из нее появляться пара: частица-античастица. Такую пару называют виртуальной, потому что она через мгновения аннигилирует, снова превратившись в энергию, но только тоже как бы виртуальную, в пределах разрешенных принципом неопределенности мгновений времени.

- Как все запущено!  - Глафира напрягла лоб.

- Из таких виртуальных пар, которые все время рождаются и аннигилируют и состоит вакуум с точки зрения современной физики. Это, по-научному, называется нулевыми осцилляциями вакуума (осцилляции – колебания). Есть некое море виртуальных пар частиц, которые как бы существуют, но как бы их и нет. Поскольку число рождений таких пар частиц хорошо уравновешивается числом уничтожений, то мы и не замечаем вакуума. Его как бы нет для нас.

- Это все похоже на какие-то сказочки: иди туда, не знаю куда, найди то, не знаю что! – пробурчал недовольно отец Пахомий.

- Все было бы так, но есть тонкие эффекты, вызванные этими осцилляциями, они наблюдаются! Так что эту сказочку физики приняли не на веру, а на основании очень тонких экспериментов. Причем точность этих экспериментов в совпадении их с теорией, рассчитанной на основе данной модели вакуума, поражает. Ну, а вам придется поверить мне на слово -  Николай улыбнулся.

- Вот такое «ничто» принято сейчас в физике, придется с этим смириться – тоже с улыбкой произнес Михеич.

- Но дальше начинается самое интересное – блестя глазами продолжил Николай – если нарушить это равновесие в сторону, например, большего рождения частиц, то из вакуума появится материя. Правда, чтобы она сразу не аннигилировала полностью, нужно еще раз нарушить симметрию между количеством частиц и античастиц в этой появившейся материи.

- Да у вас сплошные нарушения, гражданин – пошутил Юра – пора вас прав лишать!

- Нет, правда – вполне серьезно продолжил Николай – я только сейчас, точнее, когда мы со Степаном Михеичем обсуждали эти темы, заметил, что полная симметрия, которая наступает в замкнутой системе, симметрия прямого и обратного – это сплошная виртуальность процессов, это остановка всяких изменений и эволюции системы – это, наконец, смерть! Все, что не виртуально, а реально, все имеет какие-то нарушения симметрии. С одной стороны вся физика, все ее законы сохранения основываются на различных видах симметрии, а с другой – все симметрии так или иначе нарушены, и эти нарушения порождают необратимость многих процессов, эволюцию систем, развитие, жизнь, в конце концов. В чем разница того, на чем стоит современная физика, и на чем настаивает Степан Михеич. В физике считается, что все эти нарушения спонтанны, т.е. самопроизвольны, и не принимается во внимание, что он могут иметь целенаправленную причину. И всеобщий характер таких нарушений и связь их именно с переходом от виртуальности к реальности заставляет и меня задуматься, что должна быть какая-то причина, которая целенаправленно приводит к этим нарушениям симметрий! Эта причина, если её сопоставлять с внутренним опытом человека – это некая воля. Я бы даже сказал Воля с большой буквы. Мировая Воля, всеобщая Воля, которая, нарушив первоначальную симметрию вакуума, а затем симметрию между частицами и античастицами, породила мир, которая сделала так, чтобы галактики были спиральными, а молекулы ДНК имели именно левоспиральную структуру, чтобы в реакциях распада нарушались всякие там Р, СР и другие симметрии. В конце концов, не было бы этого глобального нарушения симметрии – не было бы и времени. Стрела времени имеет ярко выраженных характер нарушенной симметрии.

Все смотрели на Николая заворожено, они интуитивно понимали, что сейчас присутствуют, может быть, при рождении очень важного понимания и новой истины. Николай продолжал:

- Вот физики говорят «самопроизвольное» нарушение симметрии, но даже здесь звучит корень «воля» - «самопроизвольное»! Это не шутка, думаю, такая, не случайное совпадение, а какая-то очередная заложенная в наш язык тайна!

- Теперь я, кажется, понимаю – Николай сделал небольшую паузу, но никто не решился вставить ни единого словечка – так «чувственность» во внутреннем опыте сопоставима с понятием «материи» в опыте внешнем, научном. Материя так же пассивна, но способна откликаться на внешние воздействия. Она склонна ко всяким симметриям, копированию, отражению… Это точно обосновано в физике.

- Не даром, Ньютон называл Вселенную – «чувствилищем Божества» - подтвердил Михеич.

- Но в природе должна быть другая причина, другое Всеобщее начало (как, впрочем,  она же может быть частного характера), которое нарушает эти симметрии, и заставляет материю переходить из виртуального состояния в реальное. Нарушает не спонтанно, а в соответствии с замыслом в сознании. Если бы нарушения были спонтанны, они должны были быть равновероятными и в ту и в другую стороны, то есть они бы так же компенсировали друг друга, как компенсируется, например, случайное, хаотическое движение молекул. Тут были бы нарушения в одну сторону, а там в обратную – в результате – ноль! Эта причина неспонтанного нарушения симметрий – Мировая Воля (пока назовем ее так), она же Отец или Творец всех миров!

- Замечательный вывод! Это прорыв! – Михеич улыбался самой широкой и открытой улыбкой – хотя тут есть еще что уточнять, но шаг в главном направлении уже сделан.

-  Мне захотелось добавить, можно? – скромно спросил мало говоривший до этого отец Пахомий.

- Конечно, батюшка, прошу. – Степан Михеич провел рукой, приглашая его выступить.

- Мне кажется теперь, что не зря в молитве «Отче Наш» упоминается именно Воля Божья ибо это проявление одного о той же Ипостаси в Троице?!

- Возможно, мысль интересная! – отметил Михеич.

- Я еще хочу продолжить – Николай взъерошил волосы, стоя у доски. Вот смотрите, в физике хорошо известно, что замкнутая система или материя, предоставленная сама себе (без воздействия на нее чьей-то воли) приходит в состояние равновесия, в состояние с наибольшей энтропией. Она «умирает», т.е. перестает меняться, развиваться, эволюционировать. Однако есть в физике замечательная теория неравновесной термодинамики или теория открытых систем. Когда-то давно (помнишь ли ты это Юра?) доцент Одиноков срезал меня на семинаре, говоря об открытых системах. Я тогда ничего еще по этому поводу не знал. – Николай обращался к Юре.

- Что-то вроде припоминается? А может и нет… - Юра был неуверен.

- А я хорошо запомнил, потом уделил внимание изучению этой теории открытых и неравновесных систем. За нее бельгийский физик Илья Пригожин получил нобелевскую премию. Кажется, сейчас у меня возникает более понятная картина, как это все может быть взаимосвязано. Смотрите – Николай взял мел – открытая система должна иметь «исток», «сток» и через нее должен идти поток энергии, вещества или информации… Впрочем, зачастую наличие одного без другого бывает невозможно.

- Погоди, Коля! Ты же про «синергетику» рассказываешь? Ячейки Бенара… реакция Жаботинского-Белоусова…

- Ну, да. У вас философов эту теорию изрядно упростили и… вообще-то, вульгаризировали. Не обижайся Юра!

Юра махнул рукой. А Коля уже рисовал мелом на доске: 

- Такая система способна развиваться, «делать выбор» в точках так называемой «бифуркации», создавать структуры. Вот воля, она меняет состояние тела, руки, ноги и прочее. А за состоянием всегда стоит материя или чувственность в терминах внутреннего опыта. Состояние может возникать только в условиях равновесия прямых и обратных процессов. Не зря же оно названо «состояние» от слова «стоять» на месте, не изменяться. Теперь я, кажется, могу конкретизировать: воля должна сочетаться с понятием «Дух». Ведь слово «дух» от глагола «дуть», а дуть – значит создавать ту самую струю или поток, который делает систему открытой, способной эволюционировать, развиваться. Дух делает материю живой на языке богословия. Верно я говорю?

- Верно!

- Верно! – не сговариваясь сразу откликнулись Степан Михеич и отец Пахомий. Последний процитировал: «Дух животворит, плоть же не пользует ни мало» - это из послания апостола Иоанна.

- Да, я помню это место. – подтвердила Глафира, - Ну, вот, получается, что когда дух покидает тело, оно становится замкнутой системой и умирает!? И это верно не только с духовной, но и научной точки зрения. О! как интересно! - заключила она.

- Что-то в этом роде получается – согласился Николай.

- И так, что мы имеем – начал обобщать Степан Михеич, - воля, представленная во внутреннем опыте, как одно из трех фундаментальный начал, выявляется во внешнем опыте, как начало, нарушающее симметрии, равновесие, как струя духа? Примерно так?

- Не зря же говорят всё время вместе : «сила духа и сила воли»! – Глаша тоже размышляла вслух – или «сломить волю, сломить дух человека» считается тоже достаточно близкими по смыслу выражениями?

- Я еще добавлю – Николай снова взял слово, - сама струя или поток своим существованием нарушает одну из фундаментальных симметрий материи, так называемую изотропию. Изотропия – это равенство всех направлений в пространстве. При наличии потока или струи одно из направлений в пространстве – это направление потока, оказывается выделенным! Равенство направлений нарушается.

- Я думаю, что дух еще может иметь другую фундаментальную структуру – структуру не просто прямого потока, но спирали. Не даром на латыни «spirit» и «spiral» однокоренные слова. Этим, полагаю, и объясняется, что ДНК имеет форму спирали, чтобы проводить дух в материю.

- Это смелое предположение, Степан Михеич, но его нужно проверять.

- Так-так - согласился Степан Михеич.

Установилась долгая пауза.

 

- Я предлагаю подвести итоги нашего сегодняшнего консилиума – сказал Степан Михеич:

- Во-первых, мы выяснили что «ничто» не есть понятие первичное, а есть комбинированное понятие, как сумма единицы и минус единицы дает ноль, так и сочетание какого-либо «А» и «анти-А», когда они взаимно маскируют друг друга, создает впечатление отсутствия чего-либо. Значит, правы были древние римляне, которые говорили «аут нихиль – нихиль» - «из ничего – ничего».  Основа мира спрятана от нас такой маскировкой – замаскирована под пустоту, но на самом деле чревата мирами и сущностями, стоит только вывести ее из «сонного» состояния равновесия. Она рождает тела и миры, планеты и звезды, туманности и галактики, давая им плоть, но только после воздействия на нее животворящего Духа.

Это Дух выявляется в мир как поток, струя, спираль, создавая вихри, давая начало всякому изменению состояния, эволюции, образуя вместе с материей структуры.

- Да, - тут же внес дополнение Николай – в явлении электромагнитной индукции вихревое поле порождается изменением магнитного потока, пронизывающего пространство!

- Это не «самоорганизация» материи, - продолжил Степан Михеич -  как это придумали философы в своей «синергетике», это плод взаимодействия материи, как Матери всех миров, и Духа, как их Отца и Творца. Во внутреннем опыте мы знаем дух как волю, это одно и тоже только в разных выражениях. Вот мы с вами пришли к первым категориям и понятиям, которые соединяют все виды опыта: внешний, внутренний и трансцендентный. Это хорошо. Но это только начало. Нужна еще работа в этом направлении, ведь концепция должна носить всеохватный характер. Во всяком случае, я вижу, что вы вдохновлены нашими маленькими открытиями! Или мне кажется?

Все так или иначе выразили свое согласие с мыслью Степана Михеича.

- Ну, что ж, тогда я возьму на себя труд оформить стенограмму нашего заседания в философский текст. Потом, как и обещал, каждый сможет прочитать и внести правки в пределах разумного…

- А, кстати, слово «вдохновение», видимо, нужно понимать буквально, как поток чего-то, какого духа или информации, который начинает проходить через человека, его сознание и чувства – Глафира произнесла эти слова, сама находясь, как бы в состоянии озарения или вдохновения сегодняшним их разговором. – Кто-то в него «вдыхает», «вдувает» этот поток духа, а он его улавливает и творит с его помощью формы в меру своего таланта! Так?!

- Так, Глаша, так!

- … «И создал Господь Бог человека из праха земного, и вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душою живою» - отец Пахомий процитировал Библию, выходя из кабинета.

Они расходились из библиотеки с ощущением какой-то важной работы, которую они вместе проделали сегодня.

Николай об руку с Глафирой пошли на реку:

- Ах, Глаша! Я здесь так счастлив! Теперь про Америку даже вспоминать не хочется. Там я жил только наукой. Отношения с женщинами у меня были так себе… Я думаю, ты понимаешь – почему?

- Почему? – Глафира немного кокетничала, она хотела снова услышать от Николая слова о любви.

- Потому что любил только тебя все это время, хотя загонял это чувство, что называется, в «подвал души», но любовь берет свое!

- Я тоже тебя любила всю свою жизнь. Дети, семья – это только часть счастья, но какое же счастье без любви?!

Они подошли к реке. Сели на скамейку. Берег был пустынным. Они дали волю чувствам, горячо целуясь друг  другом.

- Ну, хватит, хватит, а то люди увидят! – Глафира держала руки на груди Николая, как бы отталкивая его. Но больше она боролась с собой, чем  с ним. Она знала, чем его можно унять:

- Коля, а вот ты про симметрии всякие рассказывал, что материя реагирует на их нарушения. Можешь поподробнее?..

Николай разнял руки. Посмотрел в глаза Глаше. Лицо его сразу посерьезнело и приняло такое «академическое» выражение, когда профессор рассказывает студентам новый материал. Но это не было скучное дежурное выражение, оно носило печать вдохновенности.

- Понимаешь Глаша, как все интересно «завертелось»! Это точно укладывается в концепцию современной теории калибровочных полей.

- Подожди, как ты сказал «калибровочных полей». Это наверно что-то очень сложное, мне не понять?

- Это, разумеется, очень сложная вещь с точки зрения математических уравнений, их решений, всяческих функций и прочего, но я попытаюсь объяснить самую суть, а она достаточно проста. Представь однородное поле.

- Луг что ли?

- Нет, пожалуй, луг здесь не подойдет. А что же… а вот, для женщины, думаю, будет понятней: вот ткань из которой шьют колготки – типа капрона. Она всюду одинакова – то есть однородна, каждый ее кусок похож на другой кусок как две капли воды – т.е. симметричен ему. Это и есть симметрия однородности. Но вот на колготке случилась затяжка. Точнее, кто-то взял и слегка прикрутил ткань, «сгустил» ее в одном месте и держит пальцами. Представила?

- Ну, да.

- То есть симметрия однородности в каком-то месте нарушилась.

- А вот это самое нарушение симметрии, о котором ты сегодня весь день говорил?

- Ну, да. Слушай дальше. Ты видела, как вокруг этой затяжки изменяется структура ткани, она натягивается. Возникает как бы напряженное поле или «поле напряжений».

- Ну, да.

- Если отпустить затяжку ткани, то это напряженное  поле ее растянет обратно. И однородная структура ткани восстановится. Это и называется калибровкой, то есть тонкой настройкой, устранением всяких неполадок. В физической теории вакуум, материя реагирует на нарушение однородности появлением различных т.н. «калибровочных» полей, которые пытаются устранить это нарушение, «замазать» его, замаскировать, устранить… что ли… Понятно?

- Вот так вроде понятно! Ты мне на чулках это объясняешь, потому что считаешь дурой?

- Что ты, Глашенька! И в мыслях не было, просто я искал образ, ну поближе к женской жизни, вроде как…

Глаша немного надула губки, но Николай положил свою руку на ее ладонь, и погладил. Ей стало так хорошо и тепло от этого прикосновения, что она забыла про свои надуманные обиды.

- Я еще хотел там в библиотеке рассказать о «струнах» и вибрациях.

- Про музыку, что ли?

- Нет, видишь ли, в современной физике есть такая «революционная» теория, согласно которой все элементарные частицы не есть материальные точки, как полагалось ранее, а есть результат взаимодействия неких струн и мембран (их называют просто «браны»). Я, изучая эту теорию, задавался все время вопросом, хорошо, пусть будет так, но откуда взялись эти струны и браны? Теперь, после всех наших разговоров в Михеичем и вами всеми, я пришел к мысли, которая поразила меня самого: а что если эти струны и есть потоки Духа Божьего?  И, значит, Он своим Духом создал все эти мириады частиц, из которых состоит все, что изучает физика! А, как тебе?! Я тут с вами скоро совсем сектантом стану.

- Но, ты же сам говорил, что в Америке стал верующим.

- Понимаешь, я, возможно, не такой как вы верующий! У вас ведь все просто. Вера досталась от отцов, с молоком матери впиталась. Вы верите и все! А я все время сомневаюсь, по мне, если в вере есть противоречие с наукой, то я скорее науке поверю, чем священным писаниям или их толкованиям. Знаешь, Глаша, я всю жизнь посвятил науке, когда расстался со второй своей женой там, в Америке, то такая тоска взяла. Вот есть наука, но она перестала полностью заполнять душу, а чего-то не хватает, пустота какая-то и боль в этой пустоте. Иду я как-то по Бостону с этой болью в душе неприкаянный и вдруг слышу звон. Обыкновенный звон колоколов. У меня вдруг внутри зазвучал второй концерт Рахманинова. Помнишь, как он начинается?

- Да там такой набат колокольный! Красота!

- Я свернул в тот переулок – откуда звон. А там: золоченные купола, наш храм православный, Русь Матушка! Так на душе потеплело, отлегло, а ноги сами в храм повели. Я там сначала постоял, свечку, знаешь, впервые в жизни поставил. Потом подошел к батюшке. Очень мне многое спросить хотелось и сказать. Мы с ним потом подружились. Я стал постоянно в этот храм ходить. Батюшка, отец Анатолий, мне дал видеозаписи бесед Антония Сурожского. Сказал – это для вас интеллектуалов в самый раз будет. Я полюбил этого отца Антония. Так он все правильно говорит, без догматизма и фанатизма.

- Я тоже смотрела записи его бесед, и мне очень люб этот батюшка.

- Ну, вот видишь, у нас с тобой теперь еще больше общего!

- В общем, после этих встреч и бесед стал я верою проникаться. Тебя все чаще стал вспоминать. Домой меня потянуло. Что и говорить, к тому времени я свою карьеру в Америке уже как бы до предела довел. Стал профессором, лауреатом многих научных премий… - Глаша взглянула на него вопросительно.

- Нет, нобелевку я не получал, ты бы узнала… Но человеком был далеко не последним. И вот стал чувствовать, что все вокруг чужое. Этот их лощенный мир, фальшивые улыбки, гламур, толерантность в последнее время особенно стала докучать… Ощущение есть, что тот мир заканчивается и катится куда-то не туда. Была Америка великой державой, в том числе великой научной державой, но теперь сдувается. Да и то, почти вся их большая наука на иммигрантах держится, в том числе и на мне. А тут еще и Михеич, нашел меня по интенету. Я думаю, во старик дает! В его-то годы так освоить новую технику. По скайпу со мной давай общаться. Позвал домой. Говорит, приезжай, здесь тебя ждут великие дела! Я подумал, а как с работой? И тут узнаю, что есть президентская программа по возвращению ученых на родину. Посмотрел в интернете, послал заявку. Выделили грант. Теперь могу жить в Москве. И работа есть, и средства. Слушай Глаша, поедешь со мной в Москву?

Глафира вздрогнула от этих слов Николая.

- Коля! Как-то ты так сразу! У меня же дети, дом, работа…

- Да, я не тороплю с ответом. Просто спросил.

 



Читайте из этой серии
 










Профсоюз Добрых Сказочников





ЖЗВТ


Рассылка сайта Тартария.Ру

Подписаться на рассылку
"Новости сайта Тартария.Ру"


Если Вам понравился сайт

и Вы хотите его поддержать, Вы можете поставить наш баннер к себе на сайт. HTML-код баннера: