Аномальная зона

Еаэмбу поделился с сообществом рассудительных мира Лаху тем, что его беспокоило в состоянии родной планеты.

– Жизни Земли свойственна цикличность, которой нет в нашем мире. Здесь поведение живых существ очень сильно зависит от времени суток и времени года. Эти существа по-настоящему живут в космосе, который определяет обстоятельства их жизни с астрономической точностью – например, восходами и заходами солнца. Поэтому и земная наука оперирует понятием времени, которое нам не очень привычно и понятно. Мы ведь больше ориентируемся на состояния. Для нас было бы странно свойственное людям питание по режиму или стремление в определённое время всем отправиться в отпуск. Да и понятие неизбежной старости после какого-то количества прожитых лет нам чуждо. Мы же питаемся, когда организм потребует. У нас нет потребности во сне. А до старости нам не дают дожить периодические переселения. И даже переселения не имеют чёткого графика, их необходимость отслеживаются нами по приметам.

– Мы поняли разницу в восприятии времени между нами и людьми. Но каков практический смысл этого?

– Восприняв земное понятие времени, я смог применить его и к событиям нашей жизни. И заметить то, что из нашего восприятия мира незаметно.

– И это имеет значение для нашего существования?

– Имеет. Промежутки времени между появлением и исчезновением озёр уменьшаются. Что-то происходит в глубинах планеты, и от этого изменяются условия нашего существования. Озера, конечно, образовываться будут, жидкая среда виаму никуда не денется. Но уменьшение срока жизни озёр может привести к тому, что будет все труднее восстановить численность наших родов между переселениями. Возможно, судьба направила меня на Землю, чтобы я смог осознать эту опасность для нашего мира.

– И что же делать? Всем переселяться на Землю?

– Есть и ещё одна возможность.

– Какая?

– В плотной атмосфере нашей планеты тоже есть жизнь.

– Да, эти существа плавают в атмосфере, подобно тому, как мы плаваем в жидкости. По окончанию срока жизни они часто падают в наши озера и являются существенной частью рациона всех их обитателей.

– Теперь, имея больше информации о зарождении и сущности разума, мы можем создать из них новый вид разумных существ, поделиться с ними разумом, стать ими.

– Еаэмбу, но эти существа мало пригодны для вместилища рассудительных!. Они лёгкие, их носит ветром, они не могут образовывать постоянных сообществ. Даже если мы сможем перенести в них свой разум и ускорить их эволюцию, нам в них будет одиноко.

– Не будет, если мы взойдём на следующую ступень эволюции. Мы можем преодолеть свою естественную родовую и племенную замкнутость и образовать новую, более широкую общность, внутри которой все будут важны друг для друга. И тогда кратковременность общения уносимых ветром индивидов не будет проблемой, мы все станем единым целым, которое обдумывает мысль другого масштаба. Планетарную мысль.

– Мы и сейчас связаны в единое сообщество через распространение звуковых сигналов по твёрдой поверхности. В атмосфере это будет невозможно, там сигналы быстро затухают.

– Нам надо соединяться напрямую при помощи мысли. Мы с Отото это уже опробовали.

– Эх, Еаэмбу! Ты всегда поражаешь нас своей склонностью к неожиданным поворотам. А ведь тебе, похоже, не будет одиноко при таком атмосферном существовании. Тебя все знают, все любят, все в курсе твоих дерзких замыслов. Нам бы побольше таких как ты!

Педагогику и государственное устройство можно обсуждать бесконечно, но время не ждало. Антон, Людмила и Серёжа позавтракали и вышли на улицу, где путешественников ожидал «уазик» начмеда больницы Андрея Андреевича Мухина, готовый доставить гостей из столицы до аномальной зоны.

– Папа, а что такое «аномальная зона»? – спросил Серёжа, когда машина тронулась в путь.

– Это место, где происходят странные события.

– Какие?

Мухин обернулся с сиденья водителя:

– Иногда слышатся странные звуки, которые ни животные, ни птицы издать не способны. Порой теряются грибники и туристы. Замечают странные объекты – может, даже летающие тарелки. Это же странно?

– Это странно! – согласился Серёжа.

– Нам точно стоит туда ехать? – забеспокоилась Людмила.

– Ничего ужасного не приключится! – рассмеялся Мухин. – Если в зоне что-то и происходит, то народная молва преувеличивает это в десять раз.

– А газетчики – в сотню, – поддакнул Антон.

Дни стояли погожие, земля быстро просыхала. «Уазик» бодро катил по просёлку в направлении тайги. Пассажиры скоро уяснили, почему машина в просторечье зовётся «козлом». Скакал «козлик» на жёсткой подвеске так, словно зиму проскучал в стойле и, наконец, вырвался порезвиться на воле. Уже через полчаса он вымотал у путников всю душу.

– А что говорят про зону здешние жители? – Людмила не изменила журналисткой привычке вытаскивать из человека всё, что ему известно.

– Большинство здешних – здравомыслящие люди с советским образованием, – отвечал Мухин. – Поэтому байки не распространяют. Разве что для потехи детишек.

– И что говорят для потехи?

– Что место это священное. Место обитания Верховного бога. Ему стремятся досадить его противники – овды и кереметы. Но их пакости – что и есть аномальная зона - только защищают жилище Верховного бога от досужих зевак и авантюристов.

– Любопытная теория.

– У местных сохранился своеобразный обряд, я его проходил, – откровенничал Андрей Андреевич. – Для начала следует найти в лесу своё дерево. Я, впрочем, его не искал, оно само меня остановило. Ещё вопрос, кто кого нашёл. Внутри каждого человека проходит вертикальная ось, энергетическая. Дерево - это тоже овеществлённый энергетический поток, поток энергии земли, устремлённый в небо. Надо совместить оси, войти в поток.

- Вы нашли своё дерево? - спросил Серёжа.

- Да! Это оказалась сосна толщиной полтора-два обхвата и возрастом более ста лет.

Мухин вспомнил, как подошёл к сосне и дотронулся до коры – сначала ладонью, затем щекой. Кора у взрослой сосны не сплошная и образует оригинальный, неповторимый узор. Мухин вглядывался в него, не упуская мельчайших деталей, вдыхая аромат, и не спеша продвигаясь вокруг. В какой-то момент почувствовал, что влюбился в этот рисунок, как в линии тела любимой женщины. Он уже не мог отделить себя от запаха хвои, шума ветра в вершинах деревьев, журчания воды в ручье, голубого неба. Он стал частью леса. Мухин погружался в дерево всё глубже и глубже - и вдруг его пробило, как выстрелом, унесло вверх или, лучше сказать, он мгновенно вырос до размеров деревьев.

– Дальше я не решился заходить, открыл глаза, – признался Андрей Андреевич. – А говорят, можно почувствовать ветки на вершине дерева и корни под землёй. Ощутить, что деревья в лесу образуют единое сообщество. Соединиться с другими деревьями, ощутить энергетику всего леса. Но мне до этого ещё предстоит дорасти. Что интересно - ощущение тяжести, проблем, тревог, которые мы постоянно носим с собой, пропали. Дерево их забрало. Взамен я получил свежесть и лёгкость, меня словно наполнило радостью. Даже как будто глаза прочистились - видеть стал лучше, мир стал ярче.

Через час сосны расступились и «уазик» остановился у лесной развилки. Дальше было уже не проехать даже на чуде советского автопрома. Путники огляделись. Над поляной и в самом деле висела звенящая напряжённость.

– Как-то не по себе! – прошептала Людмила.

А мальчишка, насидевшись в машине, резво бросился шнырять по кустам на опушке.

– Серёжа, не отходи далеко! – урезонивала его мама. Впрочем, напрасно.

– Пройдёмся по дорожке? – предложил Мухин.

Антон и Людмила двинулись за ним. Народная молва странность леса не преувеличивала. Светлые и приятные места чередовались с буреломами, в которых, как говорится, сам чёрт ногу сломит. Мёртвые, накренившиеся сосны упирались вершинами в соседок, при ветре качались и издавали душераздирающие скрипы и стоны.

– Тут и без НЛО не по себе, – заметил Антон. – И ещё такое ощущение, что за тобой кто-то следит.

– Может, вернёмся! – настаивала Людмила. – Серёжа, где ты?

Мальчик, казалось, не замечал странностей леса, чувствуя себя здесь спокойно и уверенно.

Еаэмбу и Отото тоже с удивлением всматривались в лес, поражаясь, насколько по-разному выглядят сообщества деревьев, словно одни из них – на стороне Добра, другие – обиталище зла.

Отото: Деревья, безусловно, живые. Но способны ли они переживать, чувствовать, различать Добро и зло? Есть ли у них айя-душа? Можно ли деревья назвать разумными?

Еаэмбу: И мы, и земляне готовы предположить разумность существ, которые демонстрируют поведение во временных масштабах, сопоставимых с нашими. В этом смысле рассудительные с людьми очень похожи. Земляне видят зачатки разума у волков, рассудительные с планеты Лаху - у существ ану или ниду. Эти животные решают задачи, доступные нашему пониманию – добыча пищи, уклонение от опасности – и часто делают это творчески. А растения, особенно деревья – совсем другие. Время жизни секвойи - пять тысяч лет. И пять тысяч лет секвойи проводят на одном месте. И нам совершенно непонятно, в чём может проявляться их разумность. Зачем деревьям понадобился разум?

Отото: Как появился разум у землян, у человечества? Из конкуренции, из охоты, из войны. Интеллект давал преимущество в борьбе за выживание. Выживали и оставляли потомство более умные воины и охотники. Но в чём аналог этого процесса у деревьев? Или бывает другой вид разума, который появляется и проявляется по-иному?

Еаэмбу: Вообще-то, земные учёные, регистрируя электрические импульсы деревьев, доказали, что они чувствуют боль и страх, делятся друг с другом информацией, могут оказывать друг другу помощь. Их корни образуют сеть, через которую деревья делятся различными веществами и сигналами.

Отото: Раз есть общение, то возможен и разум. И здесь, в этом лесу мы обнаруживаем, что у деревьев могут быть разные виды разума, которые формируют разные ландшафты – одни приятные глазу, от других – мороз по коже. Может быть, они даже воюют друг с другом, потому и зона аномальная.

– Мама, а деревья думают, – вдруг заявил Серёжа.

– Что думают? – не поняла Людмила. – С чего ты взял?

– Деревьям очень много лет. Не этим деревьям, а другим, на другой стороне Земли. Но они все знают друг друга, говорят друг с другом.

– А о чём они говорят?

– О разном. О том, как можно вызвать дождь. Они это умеют. О том, почему киты погибают – их это заботит. И часто говорят о людях. Одни деревья хотят помогать человечеству, а другие считают, что человек только вредит планете.

– А что они могут сделать людям? – спросила Людмила.

– Они посылают нам мысли. Например, посадить дерево. Или сочинить сказку. В сказке всегда есть остров, а на острове Дуб. Этот Дуб исполняет желания. Деревья умеют исполнять желания. Поэтому люди делали священные рощи.

– Зачем же тогда люди рубят деревья? – вздохнула мама.

– У деревьев тоже идёт война. И иногда они заставляют своих людей воевать друг с другом. Вот у русских любимым деревом стала берёза. И если где-то начинала расти берёза – живущие там люди знали, что скоро придут русские.

Антон с начмедом Мухиным прислушивались к данному разговору, не нарушая его течения. Потом Антон негромко спросил Андрея Андреевича:

– А вы что полагаете по этому поводу?

– Я длительное время жил среди местных. Этот народ ощущает особую связь с деревьями, на этом построена их традиционная вера. С позиций науки, образования, цивилизации их воззрения выглядят наивно, но душа им отзывается. Даже горожане сердцем чувствуют, что они правы, а мы с нашим материалистическим чванством в чём-то сбились с пути.

– Такое ощущение, что люди напрасно так уж сильно отделяют себя от природы, – заметил Антон. – И наша жизнь, и наша душа, и даже наш разум – это всего лишь часть ландшафта, часть уголка природы, которому мы принадлежим. Ведь провинциалы, селяне приезжают в большой город, но проходит 2-3 поколения – и их род прерывается. Потому, что не выжить детям на асфальте, не впитать в себя настоящее – любовь, смысл жизни, разум. Городские же испокон веку казались селянам сумасшедшими - не так у них интеллект функционирует, хотя IQ показывает высокий, только жизни не помогает.

Серёжа раз за разом уносился в заросли, что нервировало маму.

– Серёжа, где ты?

– Мама, иди сюда! Смотри, что я нашёл!

Взрослые поспешили на голос. И метрах в сорока от дороги в кустах увидели мальчика, который указывал в гущу акаций.

Приглядевшись, взрослые остолбенели. В кустах стоял настоящий, стальной, многотонный Т-34-85.

– Да как такое быть-то может? – не поверил глазам Мухин. – Тут даже фронта не было! Уж сколько раз мы по этим местам проходили. Как могли танк не заметить? Танк!

Грозная боевая машина, несмотря на годы, прошедшие с давней войны, вовсе не производила впечатления увязшего в почве утиля. Казалось, что она вот-вот взревёт мотором, шевельнёт пушкой и двинется в бой на неугомонного врага.

Людмила шепнула Антону в ухо:

– Вот что бывает, если в аномальную зону забредают два инопланетянина.

Но Серёжа настойчиво показывал куда-то мимо танка. И тут взрослые испытали настоящее потрясение. Пока их глаза отвлекало диво военной техники, они не различали главного – грандиозного, возвышавшегося над лесом, дуба. Он, безусловно, являлся частью этого леса, даже его сердцевиной, но при этом явно был иным.

Судить не берусь

Бурцев А.В. – руководству «Хакарен шел хеатид»

Антон Севастьянов сегодня выехал в аномальную зону близ города Н. Предпринимаю меры для выяснения результатов поездки. Благодаря возможностям Фонда удалось перехватить скайп-конференцию участников группы Севастьянова. Обсуждались вопросы устройства общества будущего, что в принципе может быть интересно. Насколько это связано с «неучтённым фактором», судить пока не берусь. Стенограмма беседы прилагается.

<…>

Яковлева А.Н.: Ещё одна важная забота для взрослых и детей в этих государственно-семейных садиках – навещать пожилых людей.

Отмахова К.Б.: Ой, как здорово!

Яковлева А.Н.: Это очень нужно пожилым людям, и детям крайне важно. Причём, навещать принято не только своих стариков. Как детей чужих не бывает, так и пожилых людей нет посторонних. Конечно, эти посещения не навязчивы, а происходят в той мере, в какой комфортны каждой из сторон.

Отмахова К.Б.: Очень, очень продумано! Общаясь со многими представителями старшего поколения, дети получают доступ к сокровищницам опыта разных семей и разных традиций. Их представления о мире будут, безусловно, более объективными. Они избегнут многих ошибок, которые определяются сбоями в «родовых программах» или, как говорят, кармой. Забота о других людях формирует характер, с которым радостно идти по жизни.

Кондратьев С.М.:  И при этом старики, чувствуя внимание и заботу в лице сразу двух младших поколений, ощущая свою востребованность, будут счастливы поделится знаниями и просто будут счастливы.

Отмахова К.Б.: Не будет феномена «сварливых стариков», что сделает атмосферу всего общества на несколько градусов теплее. Я не слишком много говорю?

Кондратьев С.М.: Всё по делу!

Яковлева А.Н.: Ксения Борисовна, вы точно подвели беседу к следующему пункту, о котором я хотела рассказать. Это касается мужчин.

  



Скачать электронную версию книги или купить печатный экземпляр можно здесь.

 



Читайте из этой серии
 










Профсоюз Добрых Сказочников





Книги Валерия Мирошникова История успеха руководителя, который все доверенные ему предприятия вывел из отсталых в передовые.
Сайт книги


Рассылка сайта Тартария.Ру

Подписаться на рассылку
"Новости сайта Тартария.Ру"


Если Вам понравился сайт

и Вы хотите его поддержать, Вы можете поставить наш баннер к себе на сайт. HTML-код баннера: